Спорим, мы поженимся?

Он сел за стол и развернул сложенную мною уточкой салфетку, положил её на колени. Взглянул на меня вопросительно. Я сообразила, что ему надо, и сняла колокол с блюда. Гоша уставился на курицу, подозрительно обнюхал её со всех сторон, взял вилку. Ковырнул. Положил кусочек в рот и принялся жевать.

Хлеб забыла!

Я метнулась к хлебнице и принесла два ломтика хлеба – цельнозернового, чёрного, душистого. Гоша поморщился и выплюнул курицу обратно на тарелку:

– Что это?

– Курица на пару, – растерянно ответила я.

– Ты её пробовала?

– Эм… Нет. А что, нужно было?

– Она твёрдая, как подошва!

– Да не может быть! – воскликнула я, цепляя кусочек курицы вилкой. Блин… Как же это так получилось? Пароварка, конечно, дело для меня новое, но вроде бы я всё сделала по инструкции! Подошва, не больше и не меньше… Испортила такое куриное филе красивое…

– Простите, – пробормотала покаянно. Гоша закатил свои красивые восточные глаза:

– Что ещё есть?

– Рис с овощами, – я сорвала крышку с блюда и обомлела.

Рис свалялся комками, между которыми притаились варёные кусочки сладкого перца и стручковой фасоли. Они единственные выглядели бодренько, а вот рис… Да как же так, ведь полчаса назад он был таким рассыпчатым и вкусным даже на вид! Это полный здец…

Гоша брезгливо колупнул монолит риса и холодно сказал:

– Это каша? Я не просил делать мне на ужин кашу. Я достаточно ел этой дряни в детстве.

– Это просто неправильный рис, вот и всё, – в отчаянье ответила я.

 – В следующий раз будет лучше!

– Следующего раза не будет! – отрезал Гоша.

Ай! Похоже, моя плата за сегодняшние галеры помахала мне ручкой! В последнем творческом порыве я предложила с вымученной улыбкой:

– Давайте я вам чаю заварю!

– Нет!

Я даже вздрогнула. Гоша выпрямился и со стуком положил на стол вилку. Поиграл желваками на скульптурно вырезанных скулах и сказал уже спокойнее:

– Чаем я займусь сам.

А ты… На выход. Я сам позвоню в агентство и скажу, что ты меня не устроила.

– Я, между прочим… Между прочим…

Задохнувшись от негодования, махнула рукой на гостиную:

– Я вылизала всю квартиру! Я выгладила рубашки! Я не виновата, что у вас пароварка, а я никогда не готовила в ней! И рис какой-то странный! И вообще… Я работала, так что хочу, чтобы мой труд был оплачен!

– Работала? – переспросил он, и в глазах заиграли недобрые огоньки.