Спорим, мы поженимся?

Я давала попить чаю с мёдом, ругалась на Леру, которой пофиг, на Гошу, который подхватил простуду или что там у него варилось в организме, потом снова давала чаю. Потом вспомнила про бабушкин метод лечения, который она не раз успешно применяла на всех членах семьи, и пошла искать спирт.

Раздеть Гошу оказалось довольно-таки непростым делом. Благо галстук он снял, а вот рубашку не успел. Пришлось попотеть. Пока пуговички расстегнула, пока повытаскивала руки из рукавов (к концу этого процесса мне уже казалось, что у несостоявшегося босса как минимум пять рук) – взмокла, ей-богу! Налив в ладошку немного найденной в шкафу водки, принялась натирать грудь и плечи Гоши кругами.

Интересно, сколько времени он проводит в своей качалке? Мышцы такие… Такие… Нехилые такие! Гладкие, упругие… Кожа, как у ребёнка! Неужели его ЗОЖ помогает лучше увлажняющих кремов?

Я и сама не заметила, как мои движения стали плавными и осторожными. Как будто украдкой ласкала его тело, боясь разбудить. Отдёрнув руки, шёпотом отругала сама себя:

– Дура набитая!

Завернула крышку на бутылке водки и села на диван.

Лоб Гоши был ещё горячий, яичницу жарить можно… Подумав о еде, я ощутила полный рот слюны. Божечки, есть хочется как! Вот пойду и приготовлю себе яишенку, хоть подкреплюсь. Неизвестно, как пройдёт ночь.

Поглядывая на больного, я разбила четыре яйца в сковородку, бросила туда кусок масла и налила в чашку чая с мёдом. Пока яичница шкворчала, я намазала масла и на хлеб. Сыра в холодильнике не нашлось, видно, Гошечка его не употреблял.

Сев за стол, отхлебнула чаю и глянула в окно. Как здесь всё по-другому, в Москве… Звёзд не видно, даже если небо чистое. Все звёзды вон на домах в городе горят, светло, как днём. У нас ночью можно выйти во двор, поднять голову и утонуть взглядом в звёздах…

Поев, я снова измерила температуру. А похоже, народная медицина действует! И с лица уже не такой красный, и тридцать восемь – вполне прилично. Теперь больного можно и укрыть немножко, а мне – устроиться в кресле и немного поспать.

Вот придвину кресло вплотную, чтобы Гоша не упал случайно, и закрою глаза.

Впрочем, уснуть сразу мне не удалось. Как только я начала проваливаться в бесконечную яму – вот-вот сон настигнет и унесёт с собой – меня схватили за руку горячими пальцами. Хриплый шёпот показался криком:

– Лера, Лерочка… Не уходи, останься со мной…

– Леры нет, – пробормотала я, пытаясь освободиться. – Я за неё.