Хочешь жить – умей вертеться

Клаус что-то говорил, но она вновь слышала не его, а какие-то отрывки звуков. Худое лицо Клауса с колючей щетиной расплывалось перед глазами. Жгучее чувство тяжести вдруг сдавило грудь, откуда-то извне доносились непонятные звуки. Среди шума и писка Кэролайн услышала слова «дыши» и сделала резкий глубокий вдох, затем выдох. Звон в ушах наконец пропал, Кэролайн вновь увидела перед собой Клауса.

– Ты слышишь меня?

Она не могла произнести ни звука, поэтому просто кивала. Колкая боль вдруг пронзила запястье, разливаясь по всей руке.

– Слышу, – наконец сказала Кэролайн.

– Всё нормально?

– Да.

В этот момент открылась дверь. На лестничную площадку вышел Джон, невысокий парень с редкими тёмными волосами. На нём висела яркая длинная футболка. Но для Кэролайн Джон был лишь цветным пятном, которое резко появилось в поле зрения. Увидев его, Клаус едва заметно улыбнулся.

– Здарова, – сказал Джон и пожал руку Клаусу.

Кэролайн молча смотрела в пустоту.

– Что с ней? – спросил Джон.

– Забей, – тут же отмахнулся Клаус.

– В смысле?

– В прямом. Ты мне денег за стафф должен.

– Я тебе? Ты что-то путаешь, братан.

Клаус хищно посмотрел на Джона и улыбнулся, обнажая неровные клыки:

– Я ничего не путаю. Ты взял у меня стафф и поклялся, что отдашь бабки, как только получишь зарплату.

– Уильямс, ты чё, издеваешься?

К этому моменту Кэролайн уже разбирала слова и, поднявшись со ступеньки, встала между Клаусом и Джоном. Рукава её фиолетовой куртки окрасила побелка стен.

– Ты не понял? – грубо спросила она, всё ещё немного пошатываясь. – Деньги верни.

– Ты-то куда лезешь? Я же сказал, что я ничего не брал.

Злость горящим пламенем разливалась в груди. Это было действие дурмана, но Кэролайн

и не подозревала об этом. Она чувствовала лишь пылающую внутри ярость, сдержать которую было труднее, чем стаю бешеных собак.

– А кто тогда брал?! – крикнула она. – Я что ли? Если ты сейчас же не вернёшь деньги, то ты больше и шагу сделать не сможешь!

– Кэролайн, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?

– А ты меня слышишь? – она толкнула его в плечо.

Джон поднялся на пару ступенек выше, обойдя Кэролайн, и закурил. Всем своим видом он показывал безразличие. Косматые брови нахмурены, большие губы потрескались от мороза, лицо расслаблено.

– Я никому ничего не должен.