Хочешь жить – умей вертеться

 – В состоянии аффекта, говоришь… наркота?

Кэролайн еле заметно кивнула. Неприятные воспоминание вновь поглотили сознание.

– Осуждаешь? – спросила она, стараясь не смотреть ему в глаза.

– Нет, – вдруг сказал он, и Кэролайн от удивления невольно подняла взгляд. – Ни капельки. Я столько всего пережил здесь, что наркотой меня не удивить.

– Звучит не очень оптимистично.

– Я привык. И ты привыкнешь.

– Не хочется, если честно, – призналась Харрисон.

– Но, полагаю, другого выхода у тебя нет.

– К сожалению, ты прав.

Акула смотрел на Кэролайн, чуть наклонив голову. Взгляд скользил по её светлым волосам, острым скулам, ключицам. Акула улыбнулся своим мыслям и наконец посмотрел ей в глаза:

– Мы с пацанами снимаем квартиру на окраине. Люди мы, конечно, своеобразные, но, думаю, тебе понравится в наших рядах. Тем более, пока лучше варианта я не вижу.

Предложение было одновременно заманчивым и пугающим. Но в одном Акула был прав: другого варианта действительно не было.

Глава шестая.

Местные подъезды оставляли желать лучшего. Стены разрисованы, витал запах сигарет и пива. В углах валялись фантики, пошарпанные тёмные стены словно всей силой давили на подсознание. Лифта не было. Пешком поднявшись на третий этаж и стоя у самой двери в квартиру, Кэролайн одолели сомнения. Пульс застучал в висках, ладони вспотели. Кэролайн вдруг поняла, что поступок был необдуманным, безумным, возможно даже опасным. Неизвестно, кем окажутся эти люди и что будет дальше. За этой старой дверью – неизвестность, которая может оказаться такой же пугающей и опасной, как город за пределами этого подъезда.

Кэролайн уже хотела было развернуться и броситься прочь, но Акула открыл перед ней входную дверь.

– Не бойся, – сказал он, словно прочитав её мысли.

Они переступили порог. Пахло непроветренным помещением и деревянными полами. Акула повесил куртки, закрыл входную дверь, и, окинув взглядом квартиру, двинулся к дальней комнате, позвав за собой Кэролайн. Она медленно ступала по недавно вымытому тёмному ламинату, оглядываясь по сторонам.

Справа от прихожей виднелась кухня: небольшая, с квадратным столом из тёмного дерева, старым диваном у стены и широким окном без занавесок. Но Акула вёл Кэролайн дальше.

– Здарова, черти, – ухмыльнулся он, войдя в просторную комнату, служившую, судя по всему, гостиной. Кэролайн стояла за его спиной, нервно переминаясь с ноги на ногу. Сердце бешено колотилось в груди, и его удары эхом отзывались в голове.