Хочешь жить – умей вертеться

Диван, на котором спала Кэролайн, был собран, продолговатый кофейный столик вновь придвинут к центру комнаты, а на нём стояла тарелка с орешками и сушёной рыбой. Фоном разговаривал старенький телевизор, стоящий на мебельной стенке цвета белого дуба.

– Чисто ради интереса, – начал Хорь. – Что она такого успела сделать, что ты так просто решил взять её к нам?

– Ничего, что могла представить твоя больная фантазия.

– Допустим, – рассмеялся тот. – Но всё же.

– Если честно, не знаю. Она чем-то напомнила мне Амбу.

– Ты про ту ситуацию с Жуликом?

– Да.

– Не улавливаю связи, – нахмурился Хорь.

– Кэролайн тоже оказалась в безвыходном положении, как я понял. Она была совсем одна. Если бы я оставил её, вряд ли она выжила бы.

– Акула-ценитель-чужих-жизней-больше-своей снова в деле?

– Он всегда в деле. Тем более, что Кэр классная девчонка.

– Ну, с этим я согласен.

Они чокнулись бутылками.

– Если подумать, то любой из нас мог оказаться на её месте.

– Я бы не хотел.

Акула, прищурившись, посмотрел на друга.

– Ты бы хотел сдохнуть на улице?

– Я предпочёл бы сам найти выход из положения.

Акула лишь усмехнулся.

– Не все такие, как ты, Хорь, – полунасмешливо улыбнулся он. – И то, что кому-то нужна помощь – это нормально.

– Допустим, что я с тобой согласен.

Акула улыбнулся, покрутил в руках бутылку и вновь посмотрел на друга:

– Ну а ты?

– Что?

– Как она тебе?

– Да, ни чё особенного.

– Не ври старому другу, чувак, – исподлобья глянул на него Акула. – Я видел, как ты пялился на неё вчера в клубе.

Хорь тихо рассмеялся, отпил пива. Почесав лысую голову, он сказал:

– Ну, она красивая. Интересная. Но мне явно ничего не светит.

– Что-что? – Акула комично приложил ребро большого пальца к уху. – У меня, кажется, начались проблемы со слухом. Хорь не уверен в себе? Не может быть!

– Хорош стебаться, – отмахнулся тот. – Она такая… нежная, женственная… и я такой, – он покрутил ладонью перед своим лицом.

Акула снисходительно улыбнулся и, отставив пиво на стол, скрестил руки на груди.

– Самокритичность всегда была одной из твоих сильных сторон, – хмыкнул он. – Но это не тот случай, чувак. Отбрось ты свою грёбанную самокритичность куда подальше и борись. Если действительно этого хочешь, конечно.

– Но она…

– Без «но», – оборвал Акула. – Ты не знаешь её.