Истинный вопрос

Ога протянул Яру тысячу. Подумав, прибавил к ней ещё две.

– На всякий случай, – пояснил парень. Только принимая у него купюры, Яр заметил, как сильно дрожат у Оги руки.

– Не волнуйся, – неубедительно попытался успокоить его Яр. – Вопрос-то я задать сумею.

На парня было жалко смотреть. Напускная и немного хмельная бодрость сменилась с трудом подавляемой паникой. Пожалуй, сам Ога сейчас не смог бы зайти к ведьме, даже если бы не ругался с её подругой.

Похлопав его по плечу, Яр подошёл к двери и постучал.

Ответа не было долго. Настолько, что Яр и сам начал волноваться – точно ли она там? Или, может быть, занята, или вовсе не хочет никого сегодня видеть? А может, он просто не слышит ничего из-за плотной двери?

Но ведьма, видимо, просто выдерживала драматическую паузу, поскольку из-за двери наконец раздалось громкое и спокойное:

– Заходите.

По сравнению с узкими проходами тоннелей открывшаяся Яру комната казалась огромной, хотя не превышала по размерам среднюю гостиную. Отличаясь разве что формой: комната повторяла собой изгибы тоннелей, но если они тянулись вдаль, то она заканчивалась таким же кругом.

И, в отличие от тех нор, которые видел Яр по пути, была кирпичной, то есть либо задуманной с самого начала, либо – кто-то стремился, чтобы всё выглядело именно так.

– Обувь сними, – попросила ведьма таким тоном, что Яр сразу стянул кроссовки.

Это место могло с успехом служить как рабочим местом гадалки, так и будуаром какого-то восточного шаха. Ноги утопали в густом ковре, по сторонам были раскиданы небольшие вышитые подушки.

Чуть впереди с потолка свисали полупрозрачные шторы тёмно-красного цвета.

Внутри было ещё темнее, чем в тоннеле, но свет был другой. Никакого зеленоватого флуоресцентного свечения, никакого мистического света из ниоткуда. Только привычные свечи, расставленные вокруг рабочего места ведьмы и на её столе.

Она же сидела у стены, прямо по направлению взгляда. С удобством расположившаяся на высоком кресле ведьма казалась королевой, к которой тебе посчастливилось попасть на аудиенцию.

Яр начал понимать, почему Ога так волновался; на мгновение и у него дрогнули колени, но он вовремя вспомнил о жене, тонущей во тьме, и ситуация потеряла весь торжественный пафос.

Он уверенно подошёл к столу, на ходу уже отметив, что с прозвищем ведьмы Ога не ошибся. Она действительно напоминала ожившую моль.

Лицо сидевшей перед ним женщины было молодым, но спускавшиеся на плечи волосы уже поседели.