Истинный вопрос

 – Но я не гадаю на картах, даже не знаю, чем обычные отличаются от гадальных, в общих чертах разве что.

– Тебе не нужно уметь, – со странной усмешкой парировала ведьма. – Тебе нужно выбрать одну карту. Не спеши. Посмотри на них, подумай.

Яр послушно уставился на карты. Они казались совершенно одинаковыми. Он уже хотел выбрать одну наугад, как вдруг подумал:

«А что, если это её дороги? И она думает, какую нужно выбрать».

По спине пробежал холодок. Яр мрачно отругал себя: ведьма никак не могла знать о его даре, он накручивает сам себя, как это было в детстве, когда Яр боялся, что из шкафа выйдет Фредди Крюгер, и почти наяву видел, как приоткрывается дверца.

Яр уже занёс руку, чтобы указать на правую карту, как вдруг увидел. Чётко и ясно.

В этот раз не было картинок. Только старый добрый грязный туман. Он плотно окутывал правую карту, настолько сильно, что Яр не видел рубашки. Вокруг второй карты тоже было не совсем чисто, но намного лучше. Только лёгкая дымка – неприятно, но не страшно.

Он уверенно положил руку на левую карту.

Ведьма не стала спрашивать, уверен ли он, не просила подумать ещё. Она смахнула карты настолько быстро, что у Яра появилось странное ощущение, будто он сильно продешевил.

– Я скажу, где камень, – она сбросила налёт игривости, голос лишился томной насмешки, став сухим и деловым. – Но мне нужно кое-что от русалок. Здесь недалеко, в области. На Чусовой есть их любимая ива, я покажу на карте. Вам нужно съездить, задобрить подарочками – гребни у меня лежат, я дам – забрать шкатулку и вернуться.

– Что ж сама не съездишь? – Ога явно почуял подвох, задание и Яру казалось слишком лёгким. Ну, если выкинуть из него всю мистическую подоплёку.

Ведьма поморщилась, как от сильной зубной боли. Она с таким видом цокнула языком, что Яр покосился на Огу – не жалеет ли, что спросил. Ога жалел, но отступать было некуда.

– Всё-то тебе нужно знать. Хорошо, – она залпом допила кофе и выдохнула, будто в бокале было что-то покрепче.

Она помялась, прикусив губу. Теперь и Яр смотрел с любопытством. Наконец Моль решилась:

– Когда мы с ними общались в прошлый раз, вылез местный водяной, и что ему в омуте не сиделось, и началось. Ой, новенькая, ой какие глазки. Видит ведь, чёрт мокрорылый, что я живая, так всё равно лезет.