Николай Солнечный. Книга первая. Новогодняя ночь

Как отсюда выбраться? Где этот ваш портал, колодец или что там у вас здесь есть, чтобы мне назад попасть?

– Назад попасть?… Назад попасть?… – снова удивлённым голосом повторило эхо и рассмеялось.

А деревья только сильней замахали ветками, словно на каждое из них дул свой ветер.

– Нехорошо ты в гостях разговор ведёшь, парень. Вежливым быть тебя не научили, – хитро смотрело на Колю разговорчивое дерево.

– Учить-то учили, да я сам понял, что в обиду даваться нельзя, а то пропадёшь, – огрызнулся Коля.

– Ну и малец у тебя, Осокорь, – хмыкнуло дерево, глядя куда-то за спину Коле.

 – Сам с ним разбирайся, – добавил скрипучий голос, а глаз на дереве больше не было, только сухая кора.

Коля обернулся, пытаясь понять, к кому обращался говоривший. Но вокруг были только старые деревья. Неожиданно по одному из них на нижнюю ветку спустилась белка и внимательно посмотрела на Колю. Тот машинально полез в карман, достал конфету, протянул зверьку.

– Извини, ничего другого у меня с собой нет.

Белка попыталась взять конфету, но та выскользнула из лапок и упала в траву.

Коля нагнулся за конфетой, поднял её, развернул. Белка терпеливо ждала и внимательно следила за Колей. Он протянул ей на развёрнутой ладони вафельную прямоугольную конфету в шоколадной глазури без обёртки. Белка взяла угощение, поднялась чуть выше по дереву и положила добычу в дупло. Дерево, старый и почти засохший тополь, закряхтел, будто чихнул – и на Колю посыпались сухие скрученные листья. Затем тополь вздохнул и посмотрел на Колю недобрым взглядом.

– Здрасьте, – выдохнул Коля, не столько понимая, сколько чувствуя, что нужно что-то сказать или как-то проявить себя.

– Чего? – услышал в ответ Коля.

Голос тополя оказался ещё более скрипучим, каким-то глухим и безжизненным.

– Здравствуйте, говрю, – поправил себя Коля.

– Это ты мне велишь здравствовать? – хмыкнул тополь и закрыл глаза.

Коля невольно прижался ладонями к дереву.

– Нет, пожалуйста, не исчезайте. Мне очень нужна ваша помощь! Мне в детдом нужно.

К сестре, понимаете?

Руки Коли будто провалились в дерево и оказались под застарелой корой.

– Чего ж не понять. Понимаю, – глухо ответило дерево.

Коле казалось, что в середине его ладоней  что-то горячо запульсировало и будто потекло.  Но страха не было. Была настойчивая мысль в голове: «Катя, Катя».

– Не убивайте меня, пожалуйста. Отпустите меня к сестре. У неё, кроме меня, больше никого нет. Отпустите меня. Пожалуйста, – искренне просил Коля.