Невозможный. Нахальный. Любимый

Ее дыхание сбивалось, а жилка на шее нервно пульсировала, сдавая Аристарховну с потрохами.

Просто она сама не знает, чего хочет. Галантного ей надо? Не верю! Из всего, что наболтала мне Дина, я мог с уверенностью сказать, что Авроре нужен мужик с ушами, потому что мужик без ушей – это некрасиво. Во всем остальном она точно ошибалась, а я выбрал верную тактику варварского завоевания.

И пусть она краснела и возмущенно охала каждый раз, когда я выдавал заковыристый мат, сопротивлялась любой помощи и негодовала от того, какой я хам, я видел – ей это нравилось.

А значит, все ее галантные чистоплюи – тот же обман самой себя, как и ее бесящее «все сама». Просто мужики ей до этого попадались не фонтан, вот и пришлось надеть на себя маску холодной и высокомерной стервы.

– Дима, твою ж в Австралию! Иди, болезный, отдохни, – посоветовал я подрастающему поколению, которое тяжелее компьютерной мышки в руках ничего не держало.

А сам пошел на Аристарховну. Моя злючка переместилась на диванчик у окна, любовно прижимая к груди большую чашку кофе.

– Что скучаешь, барышня? – подмигнул я, садясь напротив.

Она вздохнула и снова сделала глоток, а до меня дошло:

– Аристарховна, ты что, пьяная?

– Угу, – согласилась она.

– Алкоголик ты мой начинающий. Я смотрю, ты по кривой дорожке вредных привычек пошла, да, злючка? Сначала сигарета, теперь… Что пьешь-то?

– Кофе. Успокоительный, – очередной вздох.

Подумал и переместился к ней поближе. Упал на сидение, вызывая монарший гнев, и принюхался:

– Хера себе.

Коньячок?

– Хотите? – Аврора повернулась ко мне и протянула чашку.

Отобрал у начинающего алкоголика допинг, отставил в сторону и наигранно возмутился:

– Не стыдно тебе потом к детям в таком виде идти? Муж не заругает?

– Скажите честно, Роберт, – теперь она развернулась ко мне всем корпусом и нетвердо ткнула пальчиком мне в грудь.

Нахмурилась и точно оценила мою физическую форму, вылепленную потом, кровью и часами в зале.

– Что вам от меня нужно? – жалобно прошептала она, сглатывая.

Все, злючка, ты попала. И я, видимо, тоже. Все, что должно было отреагировать на ее касание, поднялось по стойке «смирно», вызывая красные круги перед глазами.

В нос ударил ее запах, едва ощутимый. Я завелся. Крышу двинуло, как никогда раньше. Меня так даже в бурной молодости не накрывало.

– Роберт, уходите, а? – взмолилась Аристарховна.

– Нравишься ты мне, – честно признался я.

– А вы мне – нет, – вспыхнула она.