Дом с вишневыми ставнями

Джонатан провожал Берту после учебы; они подолгу гуляли по набережным и скверам, пили обжигающий кофе в кофейнях, ходили на концерты и дни рождения общих друзей. Она влюбилась без памяти, и у нее не получалось скрывать это. В его присутствии она смущалась: если он брал ее за руку, краснела, если делал ей комплимент, отвечала глупостями. К счастью, влюбленность была взаимна, и Джонатан, оказывая ей постоянные знаки внимания, однажды подарил ей долгожданную бархатную коробочку с кольцом, принадлежавшим когда-то его матери.

Изящное кольцо из белого золота с сияющим бриллиантом.

Это было три года назад.

Тогда мама позвонила Берте из Мюнхена и, не поздравив, сказала волевым и твердым голосом: «Не спеши с помолвкой, ты еще учишься. Все успеется».

Джонатан, может быть, готов был бы ждать. Но Берта растерялась и так невнятно объяснилась с ним, что он увидел в ее просьбе подождать холодный вежливый отказ, потерю своих надежд.

Уязвленный и расстроенный, он собрал все свои разочарования в чемодан и уехал из Швеции.

Учебу он окончил за границей, и она до сих пор не знала, в какой стране и в каком городе он живет.

А вот среди опрокинутых ящичков мечты Берты.

В юности девушка мечтала часто носить красивые цветущие платья и порхать в них, как невесомый лепесток,

даря себе и другим радужное настроение. Она мечтала стать художницей интерьеров и помогать людям создавать уютные дома, в которые хочется возвращаться. Она по-прежнему изучала сочетания цветов, форм и фактур, рисовала на досуге приветливые очертания обеденных столов, ярко горящих люстр и бальных паркетов, но мечта по-прежнему покрывалась пылью времени в своем отделении старинного секретера.

В такой тишине страшно долго оставаться наедине с собой. С настоящей собой.

Берта торопливо похлопала себя по щекам и вернулась к реальности.

«Скоро на обед, нужно освежить прическу», – подумала она, расстегнула свою кожаную сумку, наполненную тетрадями и книгами, и отыскала там гребешок из яблоневого дерева.

Подойдя к зеркалу, Берта бросила взгляд

на себя. Туго стянутый резинкой «хвостик» выбивался упрямыми прядями, глаза смотрели робко и неуверенно, яркий красный свитер раздражал, поскольку только больше привлекал внимание, джинсы потертого синего цвета…

«Да…» – разочарованно вздохнула Берта. А ведь раньше она была совсем другой. Наспех причесав волосы,

Берта решительно направилась в соседнее кафе на ланч.