Всадник ищет Амонну

Кристиан! Наконец– то вернулся! Я решила, что сначала позволю демону разобраться с птицей, а потом саморучно выцарапаю ему глаза. Шаги прекратились, дверная ручка дернулась.

– Допрыгалась, – радостно сказала я, высматривая демона за красной тушкой.

В ответ прозвучало привычное «тррр», и птица замерла. Вместе со мной она продолжала смотреть, как дергается старый дверной замок, но никто не заходит.

– Аврора? Все в порядке? Аврора?!– вопросы демона чередовались с гулкими ударами, но дверь так и оставалась запертой.

Как ни странно, мне уже было не до него.

Птица, сидящая на груди, начала медленно подниматься, и вместе с ней что– то поднималось из моей груди. Полупрозрачные оранжевые и красные ручейки струились вверх, огибая крылья, тело и шею существа. Тонкий звук все же пробился через сомкнутые губы, и я завыла от ужаса.

Отчаянно и протяжно, набирая в легкие еще больше воздуха, я то ли стонала, то ли выла, наблюдая, как демонова птица нежится в светящихся нитях, что нас соединяли.

Кристиан все слышал. Дверь содрогалась и трещала от ударов, еле держась на месте. Птица поднималась все выше, и уже вся была покрыта легким свечением, которое продолжало тянуться, а затем лопнуло и погасло.

Птица обратилась в шар и метнулась в огонь за секунду до того, как демон ворвался в комнату.

Дверь распахнулась с такой силой, что от стены откололись сразу несколько фрагментов и с горстью пыли упали на пол. Кристиан вошел, вернее, влетел, как разъярённый зверь.

Я уже поднималась с пола и на протянутую руку демона даже не посмотрела.

– Почему ты кричала? – коротко спросил он. Широкая грудь высоко и быстро вздымалась.

– Испугалась, – я легко пожала плечами, избегая требовательного взгляда.

– Чего? – он взял меня за плечи и вынудил посмотреть в залитые лавой глаза.

Я вздохнула, продумывая ответ. Сказать правду, несмотря на то, как это прозвучит?

– Из огня… вылетел… шар.

– Шар? – Демон посмотрел в сторону камина. – И где он?

– Превратился в птицу, – сдалась я.

Не сказав ни слова, он принялся осматривать комнату. Кажется, порцию его злости получило дряхлое кресло, которому и так уже изрядно досталось. Скрипя и пошатываясь, оно отлетело куда– то в темный угол. Ящики из тяжелого комода по одному летели в кучу к креслу.

Больше проверять было нечего.