Майя для сурового

Выглядела словно куколка, несмотря на полное отсутствие макияжа и с обычным хвостом на голове.

– Очень красивое, – призналась я, разглядывая великолепие.

– Да, у наших мам отличный вкус, это они первые нашли платье. На вешалке оно смотрелось не очень, а когда я его надела, то не захотела снимать, – звонко рассмеялась Лина.

На ее голос обернулся Рус и, поймав мой взгляд, подмигнул, а я послала брату воздушный поцелуй, отчего стоящий с ним рядом Богдан ощутимо вздрогнул.

Пока мы в девичьей компании сплетничали за столом, а папы методично снимали невесть откуда взявшийся стресс, Рус с Богданом нажарили гору мяса и принесли поднос с таким видом, будто сами все утро гонялись за добычей по лесу.

Мы вполне мирно, даже душевно просидели весь вечер. Папа вытащил свою гитару и пел нам песни, мамы и Тася, тоже приняв жидкость для снятия стресса, нестройным хором подпевали.

Решив, что самое время ретироваться, я тихо поднялась и направилась в дом. Нужно было составить план работы на завтра и обдумать, как донести мои идеи до Стас Михалыча и не поругаться.

Никто меня не остановил. Богдан последний минут сорок разговаривал с кем-то по телефону, нервно вышагивая по кругу и эмоционально размахивая рукой.

Я закрылась в своей комнате и позвонила Вадику. На новость о том, что мне предстоит развлекать свадебную публику на пару с Суворовым, Вадик отреагировал очень эмоционально, под конец предложив вместо Суворова свою кандидатуру. Я обещала обдумать его предложение и перевела тему на рабочую.

Закончила я работу уже глубокой ночью, составив списки клиентов, которые отказались от услуг нашей компании, указав причины отказа и собрав в интернете всю информацию о них. Глаза слипались, а желудок сводило от голода. На часах было два часа ночи, голоса на улице давно стихли, указывая на то, что родители разошлись спать. Надеюсь, Богдан не решил снова почитать книгу на кухне…

Не решил, что, несомненно, радовало! Я открыла холодильник, но есть мясо на ночь мне не хотелось, а овощи у нас хранились в погребе вместе с большим количеством солений, которые обожала закатывать наша Тася.

Пошла к погребу, решив не включать свет, а просто выбрать понравившиеся плоды, посветив себе фонариком. Сложила в глубокую миску несколько крупных помидоров и большой огурец, выключила фонарик, убрала телефон в карман и, держа миску двумя руками, медленно пошла наверх. Выходя из погреба, буквально вписалась в чью-то твердую грудь.