Майя для сурового

Рус со своей невестой были потеряны для общества, кроме друг друга парочка не замечала ничего вокруг. Папы в уголке мирно «уговаривали» початую бутылку виски. И только наша троица молчала. Суворов расслабленно откинулся на спинку стула и лениво осматривал обстановку, предпочитая меня игнорировать.

Пользуясь всеобщей занятостью, мы с Вадиком тихонько слиняли. Утром нам предстоял первый рабочий день в рекламном агентстве.

Глава 4

Я проснулась рано. От осознания, что через стенку спит Богдан, сон пропал напрочь.

Вадик уехал поздно ночью и пообещал утром за мной заехать. Своего автомобиля у меня не было, впрочем, как и водительских прав. Мой инструктор по вождению после первого же занятия разразился бурной тирадой, что на права я не сдам, можно даже не стараться. А на втором такие перлы трехэтажного русского матерного выдавал, впору записывать было. Все дело в том, что я постоянно путаю лево и право. Инструктор мне даже крестик с ноликом на тыльных сторонах ладони рисовал и очень злился, когда я забывала, что крестик на левой руке и без конца переспрашивала.

Пришлось лучшему другу стать еще и моим личным водителем. Впрочем, Вадик не роптал.

Высунула нос из комнаты, чутко прислушиваясь к посторонним звукам. Все присутствующие еще спали. Я тихонько прокралась в ванную, приняла душ и, как смогла, привела себя в порядок. В комнате переоделась в белые тонкие брюки и голубую блузу без рукавов и отправилась вниз за утренней порцией кофе.

Сделала первый глоток и закашлялась: на кухню явился сонный и всклокоченный Богдан в одних домашних брюках. Сглотнула вязкую слюну, потому что это зрелище было точно не для слабонервных. Даже невооруженным глазом было видно, что Суворов, в отличие от меня, не пропускает занятия в тренажерном зале. Жилистые сильные руки, широкая грудь, кубики пресса виднелись, даже когда он был расслаблен. Богдан равнодушно осмотрел меня с ног до головы, неторопливо подошел к кофе-машине и включил нужную программу.

Схватила со стола печенье и принялась остервенело жевать. Я всегда ем, когда волнуюсь. И когда не волнуюсь, тоже ем.

Тем временем Богдан взял свою кружку и устроился напротив меня:

– Приятного аппетита, Майя, – хищно оскалившись, пожелал мне, делая глоток кофе.