Время нас подождёт

Я когда впервые увидел – не понял, что за башни?! А потом смотрю – дочка её в самый верх этого сооружения бросает шарик, и он оттуда по желобкам скатывается вниз, да не просто по желобкам, а по извилистым трубочкам с дырочками… Суть в том, что надо построить несколько трасс. А малыши выбирают – какая короче. Так я в тот день, когда мне его подарили, часов до пяти вечера с ними возился – такую им трассу построил! Я-то понимаю, что им надо не покороче, а подлиннее, чтоб они за этим самым шариком наблюдали, пока мама работает… Потом рассказал Наташе, а она возьми да купи их мне!

Вот я и сел их собирать.

Желобков у меня много, конструктор большой – не наскучит. Строю, а у самого слёзы стоят в горле.

Наташа постучалась в комнату, вошла.

– Миша, иди поешь!.. Ой, а ты чего не разделся?.. Миша!

Я молчу. Чтоб не заплакать. Чтоб не нагрубить.

– Ого, какая красота! – она присела рядом, осторожно провела пальцем по ложбинкам.

– Где Юра?

– Юра ушёл к Валерию Алексеевичу, ну помнишь, который нам с документами помогал.

Вот делать ему нечего! Лучше б не уходил…

– Миш… А… ты чего такой? Вы с Колей поссорились?

Это было выше моих сил.

– Отстань! – сказал я и вдруг увидел, какими растерянными стали её глаза. Поэтому отвернулся и сел за стол, стал доставать учебники и тетрадки.

Стояла тишина. Я оглянулся – Наташи не было, ушла. Смеркалось, за окошком падали крупные жёлтые снежинки, и в комнате стало уже достаточно темно – я включил настольную лампу.

«Ну, и чего ты творишь?» – «Да ничего! Уроки учу, не видишь?» – «Миха, кому ты врёшь-то? Себе?! Что ты хочешь, чего ты добиваешься?»

Тут на глаза мне попалась детская Библия.

Та же Женщина ласково глядела на маленького Младенца, так же задумчиво и осторожно улыбались пастухи (да, я уже знал, что это пастухи, которые пришли на день Рождения к маленькому Иисусу), да только вот я… был уже другой. Мне хотелось отвернуться и от детской Библии.

В ясельках лежал совсем крошечный Младенец.

И у Наташи будет младенец…

А я уже сейчас на него обижаюсь, и не хочу его принять, и вообще всячески себе доказываю, что или он, или я… Или не только себе? Или Наташе тоже?! Доказываю, что бросят они меня из-за него, и поэтому хожу обиженным на всех сразу… Хотя с чего я взял?

Может, и не бросят…

Опять увидел дневник.

Нет. Сейчас вернётся Юра, прочтёт эту запись, и – всё.

Он и так в последнее время какой-то грустный ходит и почти не улыбается.