Время нас подождёт

– Олег Викторович, помнится мне, на недавнем собрании вы говорили, что хотите с нами, в смысле с родителями, сотрудничать в деле воспитания подрастающего поколения… А будучи мальчишкой, признайтесь честно, вы выдавали своих одноклассников?

– Но я – это совсем другой разговор! У нас и таких нарушений не было…

Юрий Алексеевич усмехнулся.

– А много ли изменилось с тех пор? Вы думаете, мальчишки стали другими?

– Конечно, другими! – воскликнула Лидия Вениаминовна. – Я ещё тебя, вас то есть… мальчишкой помню! Да, конечно, были шалости, были драки, но чтоб так открыто нарушать правила поведения?! И он ведь молчит, и даже на нас не смотрит, и знай себе думает… Да вы вспомните своих одноклассников, разве они были настолько наглыми?

– Ну, допустим, что своих одноклассников я хорошо помню… – сказал Юрий Алексеевич, осторожно подбирая слова.

 – Разными они были… Не лучше и не хуже, чем нынешние мальчишки… Мне непонятна цель вашего вчерашнего диалога с Михаилом и этой записи в дневнике. Победить курение? Победить курение за школой, наказать нарушителей?

– Ну, во-первых, – веско произнёс директор, – привлечь ваше внимание к вашему ребёнку.

В какой компании он оказался, с кем общается.

– Спасибо, – улыбнулся Юрий Алексеевич. – Цель достигнута: внимание привлекли.

– А во-вторых, – нахмурился директор, – да, мы надеялись узнать, кто там ещё собирается… Я так понимаю, что напрасно.

Отозвалась Анна Геннадьевна, до сих пор молчавшая и потому незаметная.

– У нас за такое называли «стукач».

И потом весь класс этого человека не любил.

– У нас тоже, – Юрий Алексеевич медленно поднялся, задвинул за собой стул. – Потом эта же компания будет его ненавидеть, но курить они не перестанут. Мне кажется, вы правы, – обратился он к директору, – что решили перестать выпускать ребят на улицу на переменах. Тогда и курения на территории школы не будет, и ребята будут меньше простывать.

Лидия Вениаминовна вздохнула. Анна Геннадьевна поджала губы. Директор кивнул:

– Мы просто вынуждены так сделать.

В школе поставят пропускники и сделают карточки. Это указание сверху, и в таком случае выходить детям будет весьма затруднительно: поток очень большой. А про курение… Вы поговорите с Мишей, сейчас многие родители закрывают на это глаза, но ведь вред здоровью очевидный.

– Понял, спасибо. Разрешите идти? – Юрий Алексеевич взял со стола дневник. – С сыном я обязательно поговорю. Миши не будет сегодня на уроках и завтра – тоже.