Реалист

Несмотря на свою проницательность, Ворон не мог понять, что творится в самой глубине мыслей этих людей. Может они и вправду приверженцы правил и следуют постулату «Правильно – значит хорошо», или в них все же есть бесы, которых можно расшевелить.

Ворон терпеть не мог притворство. Все поголовно в этом городе были «слугами общества». Офисные рабочие и сфера обслуживания. Самый явный их знак – так называемая «корпоративная этика». Они функционировали благодаря друг другу.

Их деятельность явным образом заключалась в банальном ношении формы, улыбчивых либо нейтральных лицах и незаменимым «Здравствуйте, чем могу помочь?».

Они притирались друг к другу, стелились друг перед другом ради финансовой отдачи. Именно поэтому не могли искренне выразить мысль о человеке, о настроении или своем отношении к миру в целом.

Это могло быть похоже на сюжет книги Джорджа Оруэлла, но проблема в том, что здесь за ними никто не следил. У них не было авторитетной власти, которая контролировала бы их.

Нет. Они просто так хотели и делали это с выгодой лишь для себя самих. К своим клиентам они относились как к дойным коровам, к которым нужно было правильно подойти.

Ворон действовал, как вирус. Он был незаметен, его действия не привлекали внимания. Двигаясь скрытно, молодой человек медленно сеял в этом «идеальном обществе» хаос. Он узнавал все об этом организме, понимал его слабые стороны и надеялся в будущем все же узнать и тайные желания. Ворон находился на стадии «теории разбитых окон».

Почти каждый вечер он выбирался на улицы и, пока город спал, рассеивал хаос мелкими крупицами посредством граффити. Но едва ли это можно было так назвать. Его рисунки и надписи на стенах призывали к хаосу, насилию, свободе, искренности… Они состояли из простых, неявных фраз и символов.

Идя утром на работу, каждый замечал небольшие изменения в обстановке города, но они не бросались в глаза и не кричали явно, однако человек поглощал это. В этот же день надпись стирали или закрашивали.

Но человек помнил эту фразу. Например, «Осознай реальность».

На следующий день в другом месте он видит «Не лги сам себе». На другой «Не переигрывай». И так день за днем простые фразы складывались в призыв. Видя надписи на стенах, поглощая их, человек со временем понимал, что анархия возможна, что ей кто-то следует, полагал Ворон. И когда-то такой человек сделает что-нибудь противозаконное, откроется, хотя бы потому, что кто-то это тоже делает.