Герой планеты ПЭС

И, невзначай, стал отщипывать листочки, поедая их! Мороженое оставалось в его руке, а мне приходилось только наблюдать за Козликом.

– О, ужас! – невольно вырвалось у меня. – Вилок капусты и мороженое тают у меня на глазах!

Да, да! Мороженое белыми струйками потекло по руке продавца, а он словно этого не замечал! Лавочник деловито уминал мою капусту с таким выражением, словно хотел разобрать её вкус. Он это проделывал настолько стремительно, как настоящий фокусник, пока от кочана не осталась одна кочерыжка.

Капусты как не бывало!

– Моя капуста! – обомлев, прошептал я. – Что ты с ней сделал?!

– Капуста?! – сытно мекнул козлик. – Я её не видел!

– Что?! Как не видел! Я отдал её в твои руки! И ты мостил вилок капусты туда, сюда, а потом…

– Еще чего?! Н-е-е-ет! Это, – он показал кочерыжку. – Неизвестно, чья! – торопливо проблеял лавочник и поспешно выбросил кочерыжку через ограду.

Оторопев, я топтался на месте и растерянно взирал на Козлика.

У меня в ту минуту просто отнялся язык! Я осмотрелся. Мороженое растянулось рваными потёками по коробкам, корзинам и по полу… Лавочник заметил мой взгляд и, невинно всполошившись, принялся тщательно слизывать пенку от мороженого, растирая пятна.

– Непорядок! Б-е-е-е… Непорядок! – строго бросил он. И не удержавшись, вдруг заметил: – Ка-а-ак вку-у-усно-о-о!

Тут уж не выдержал я и дал такого рёву, что мигом примчались жители: квартальный проницательный Волк, вездесущая секретарша Ослица и другие «неучи-аварийцы».

– Он съел моё мороженое! Умолотил капусту! – исступлённо верещал я, указывая на лавочника.

– Что?! Ничего не знаю! Ничего не видел! – невозмутимо бормотал Козлик, недоумённо выпучив глаза. – Какая капуста?! Наговор!

– Как же так!? – не унимался я. – Я принёс в лавку огромный вилок!

– Обманщик! Выдумщик! Порочишь честного лавочника! Я пожалуюсь! – настырно мекал лавочник, вытирая жирными боками остатки мороженого с коробок.

– Обокрал! Обокрал! – кричал я, обливаясь слезами.

Как обычно водится у нас, шумливая перебранка собрала кучу правдолюбцев! Однако к моему большому огорчению мороженого я так и не добился.

Крайне огорчившись, я уныло поплёлся домой. Мамочка Лоси поплакала вместе со мной – другого вилка не было. Папенька пообещал разобраться.