Неграмотная, которая спасла короля и королевство в придачу

– Да, будьте любезны, – сказал Ингмар, вошел в номер, сложил чемодан и выписался из гостиницы через окно.

Ко второй серьезной попытке, прежде чем все изменилось с точностью до наоборот, Ингмара подтолкнула заметка в «Дагенс нюхетер», которую он прочел, спрятавшись от сослуживцев в туалете. Король, сообщала газета, отправился на несколько дней в Тулльгарн – отдохнуть и поохотиться на лосей. А где те лоси, задался риторическим вопросом Ингмар, как не на вольных лесных просторах? А коль скоро просторы вольные, кто может на них попасть? Да кто угодно! Хоть король, хоть сотрудник королевской почтовой службы.

Спустив ради конспирации воду, Ингмар пошел к главному бухгалтеру. Главный бухгалтер просьбу об отпуске удовлетворил, добавив без обиняков, что как-то не заметил, чтобы господин Квист успел вернуться из предыдущего.

Поскольку в Сёдертэлье машину в прокат Ингмару давно уже не давали, пришлось добираться автобусом в Нючёпинг – где его облик сочли вполне приемлемым для неплохого подержанного «Фиата-518».

На нем Ингмар и устремился в Тулльгарн – на максимальной скорости, какую позволяли сорок восемь лошадиных сил.

Но не одолел он и половины пути, как ему навстречу вылетел черный «Кадиллак V-8» 1939 года выпуска. Не кого иного, как короля. Который успел насладиться охотой. И собрался снова ускользнуть у Ингмара из-под носа.

В мгновение ока Ингмар развернул прокатный «фиат» и после нескольких скоростных спусков ухитрился нагнать королевский автомобиль на сто лошадиных сил мощнее.

Следующим пунктом программы было обогнать его и остановиться посреди дороги, например оттого, что якобы заглох мотор.

Однако нервный королевский шофер, опасаясь монаршего гнева, что их обогнал какой-то «фиат», поддал газу. К сожалению, шофер больше смотрел в зеркало заднего вида, чем на дорогу, и когда та резко повернула, продолжил движение прямо вперед, в полный воды кювет – вместе с королем и его спутниками.

Густав V и спутники уцелели, но Ингмар за рулем своего «фиата» знать этого не мог.

Первая его мысль была броситься королю на помощь – и заодно пожать руку. Вторая – а ну как старик из-за него разбился насмерть? А третья – что тридцать лет принудительных работ за одно рукопожатие – это, пожалуй, многовато. В особенности если соответствующая рука принадлежит трупу. На грядущую популярность в народе Ингмар тоже особо не рассчитывал: цареубийцам она обычно не светит.

Так что он повернул назад.