Сто лет и чемодан денег в придачу

Поскольку Аллан не принял никаких мер к тому, чтобы замаскировать свое бегство, то констатировать, что именинник вылез через окно, труда не составило. После чего он, судя по следам, потоптался среди анютиных глазок, а потом исчез.

Муниципальный советник решил, что по должности ему подобает взять командование на себя. И отрядил на поиски персонал интерната группами по два человека. Далеко уйти Аллан не мог, и поисковым группам следовало сосредоточить усилия на самых ближайших окрестностях. Одну командировали в парк, одну – в государственную винную монополию (куда, по уверениям сестры Алис, Аллан иногда захаживал), одну – в другие магазины на Центральной улице, а одну – в местный краеведческий музей-усадьбу на холме.

Сам же советник решил, что ему следует остаться на месте и приглядеть за остальным старичьем, пока и оно не разбежалось, а заодно обмозговать дальнейшие шаги. Поисковые группы он призвал по возможности не привлекать к себе внимания: ни к чему поднимать шумиху без особой надобности. В общей суматохе муниципальный советник упустил из виду, что одна из поисковых групп, высланных на задание, как раз состоит из журналистки местной газеты и ее фоторепортера.

• • •

В число первоочередных районов поиска, очерченных советником, автовокзал не входил. Однако там по собственной инициативе проводила розыскные мероприятия, обшаривая все возможные закоулки, поисковая группа в составе одного человека – очень сердитого долговязого малого с длинными светлыми сальными волосами, всклокоченной бородой и в джинсовой куртке с надписью «Never Again» на спине.

Поскольку ни деда, ни чемодана обнаружить не удалось, малый решительно шагнул к маленькому человечку в единственном открытом окошке с намерением добыть информацию касательно возможного маршрута старого хрена.

Маленький человечек хоть и успел уже, судя по всему, притомиться, однако профессиональной гордости не утратил. И потому разъяснил повысившему голос малому, что какое-либо вмешательство в частную жизнь пассажиров общественного автотранспорта совершенно недопустимо, после чего надменно добавил, что ни при каких условиях не собирается предоставлять малому затребованную последним конфиденциальную информацию.

Малый постоял молча, видимо мысленно переводя услышанное на человеческий язык. Затем переместился на пять метров влево, к не слишком крепкой двери в администрацию автовокзала.