Когда запоют мертвецы

Осторожно ступая, стараясь изо всех сил не дать кладбищу разбушеваться еще сильнее, все трое стали продвигаться к последней могиле. Временами Эйрик уточнял у мертвецов их имена и не знают ли они, где лежит старик из Бискупстунги, но трупы только мотали головами, глядя на друзей опустевшими холодными глазницами. Почти у самой церкви парням неожиданно улыбнулась удача. Один из скелетов вдруг выпростал костлявую руку и, покачнувшись в своей земляной постели, указал пальцем куда-то в сторону.

Все трое повернулись туда и застыли, не поверив своим глазам.

Зрелище было страшное и забавное одновременно. На одной из могил стояла высокая костлявая фигура. Ветер трепал серое тряпье, а скелет выглядел таким старым, что удивительно было, как кости еще не рассыпались в труху. Абсолютно гладкий череп выбеливала луна, исчезая в черных ямках глазниц. Но удивительно было даже не то, что мертвец, в отличие от своих соседей, стоял прямехонько, как столб, а то, что за его спиной высился еще один скелет. Мертвая корова была привязана истлевшей веревкой, конец которой старик держал в одной руке. Судя по всему, еще при жизни это была мощная скотина, способная поднять на рога любого недруга. Сейчас эти самые рога были угрожающе выставлены вперед, но голова для таких хрупких позвонков была слишком тяжелой, поэтому безжизненно висела у передних ног. Нос раскололся, и, если не знать, что это корова, можно было принять ее за зверя из преисподней.

Между остальными покойниками юноши ходили без всякой опаски, убедившись, что те не проявляют к ним никакого интереса.

Но теперь все трое замерли, прислушиваясь и присматриваясь. В старике из Бискупстунги, в его прямоте и неподвижности было что-то воистину жуткое, отличавшее его от прочих насельников кладбища. Он следил за юношами. Мертвые черные глаза внимательно изучали чужаков, посмевших пробудить его. В костях чувствовалось напряжение, похожее на то, как борцы разминают мышцы перед поединком.

Магнус дотронулся до рукава Эйрика и указал на что-то. Эйрик уже и сам заметил, что старик одной рукой прижимает к груди книгу.

Цепкие пальцы обхватывали превосходно сохранившуюся обложку из выдубленной кожи. Лохмотья трепетали на ветру, приоткрывая лесенку ребер и позвоночник. Не сговариваясь, Магнус и Боуги встали по двум сторонам от трупа. Магнус хотел подойти ближе к корове, но Боуги только цыкнул языком и указал ему на другую сторону. Как же! Такого, как Магнус, эта зверюга, если что, просто снесет и втопчет в грязь.