Когда запоют мертвецы

Ей казалось, что она разбухает изнутри, что кожа пылает. Спотыкаясь и поскальзываясь на камнях, она побежала в сторону дерущихся, хотя понятия не имела, что сделает, когда добежит. Внезапно она врезалась в чье-то шаткое тело и лишь по резкому запаху бражки определила, кто это.

У пабби были чужие руки. Все вокруг было чужое, даже море пахло чем-то непривычным, вязким и тошнотворным. Пальцы Маркуса стиснули ее руку повыше локтя, в другой руке у него был зажат нож, испачканный чем-то темным. Отца так мотыляло, что он едва не падал в воду.

Словно боясь, что девочку вот-вот утопят, пастор Свейнн схватил ее за другое плечо, пытаясь оттеснить здоровяка. Колени Дисы упирались в плечо Гисли, который все еще стоял на четвереньках. Он схватился за ее юбку, и Дисе показалось, что сейчас они все вместе рухнут в воду и их смоет волной в открытое море.

– Маркус, отпусти девочку, – сказал преподобный, и Диса впервые не узнала его голоса. Она попыталась высвободиться из отцовской руки, но тот был слишком тяжел для нее.

Море жгло холодом ступни. Диса хотела, чтобы все это просто как-нибудь закончилось, уже не важно, как именно.

Едва она подумала об этом, как заметила свет под водой. Слабое зеленоватое сияние быстро приближалось. Еще до того, как она успела понять, что к чему, до того, как успела закричать, что-то громадное вылетело из моря, окатив ее ледяной волной. Рука, державшая ее за локоть, разжалась, и Диса рванулась на сушу, вымокшая и напуганная. В воздухе висело знакомое зловоние. С ней рядом, пыхтя и ухая, бежал пастор Свейнн.

Когда они остановились, отца нигде не было видно. Диса хотела его позвать, но голос не слушался. Пастор застыл, как изваяние, глядя на море. Шляпу он потерял. Где-то глубоко в душе, скрытое за ужасом и отчаянием, в сердце Дисы теплилось злорадство: теперь-то он убедился, что она не врет! Хотя она бы предпочла соврать. Или чтобы скельяскримсли уволок под воду пастора Свейнна, а не…

Тоурдис боялась пошевелиться. Она искала глазами пабби, уже зная, что его там нет.

Но он всегда был таким сильным! В поселке смеялись, что Маркус Торвассон легко поборет даже быка, особенно если выпьет. Рядом тяжело и с хрипами дышал пастор Свейнн. Диса сделала несколько шажков по направлению к морю и не сразу заметила странное шевеление у воды. Скельяскримсли схватил пабби и, не дав тому опомниться, уволок на дно. Но раненый Гисли так и остался стоять на четвереньках, покачиваясь, как новорожденный жеребенок. Странное облегчение затопило девочку.