Когда запоют мертвецы

По пути им встречались крупные камни, и приходилось следить, чтобы лошади не оступились. Моря отсюда было не разглядеть, но друзья чувствовали его присутствие, как ощущаешь небо над головой, даже когда не смотришь вверх. Магнусу такое было не в новинку: он вырос на хуторе на морском берегу. Но Эйрик всегда жил рядом с рекой, а это совсем не то же самое. Сейчас, вблизи моря, на языке было солоно, а до слуха доносился легкий шум, напоминающий шелест леса.

Тем временем на суше цвело, оживая, подступающее лето. Тропу усеивали мелкие белые цветки горного пустоцвета.

Обычно на хуторах в этот день, первый день месяца харпа[6 - Первый день лета, до 1700 года приходился примерно на четверг между 9 и 15 апреля.], юношам полагалось оказывать знаки внимания девушкам, и целый день раздавались смех и песни. Но до ближайшего селения, похоже, было неблизко – как и до ближайших девушек.

– Друг мой, если мы не станем понукать коней, то скоро совсем остановимся, – заметил Эйрик. – Если хочешь, можем заночевать прямо под открытым небом.

Но мы и так совершили все возможные остановки по пути из Скаульхольта.

Магнус неожиданно натянул поводья, и его лошадь встала как вкопанная, удивленно подергивая ушами. Взгляд его замер в одной точке где-то за линией горизонта, лицо сделалось пустым и отстраненным. Так происходило всякий раз, когда ему открывалось что-то, недоступное глазу обычного человека. Эйрик терпеливо ждал, пока Магнус очнется и расскажет, что видел. Наконец юноша вздрогнул и часто заморгал, прогоняя выступившие слезы.

– Бывают происшествия, мимо которых невозможно проехать, – задумчиво сказал он. – Мы ведь теперь священники, разве не должны мы знать, чем живет наша паства? Разве не должны помогать людям в самый темный час?

– И чем живет твоя паства, мой друг?

– Впереди на дороге лежит разорванный человек.

* * *

Магнус оказался прав. Эйрика это не удивило – за те годы, что они учились вместе, Магнус ни разу не ошибался. Пусть ему не подчинялись драуги, но тайны и события будущего открывались куда охотнее, чем остальным.

Эйрику часто хотелось спросить, видит ли он проходы в жилища аульвов так же легко, как двери в человеческие дома, но все как-то было недосуг, да и к слову не приходилось.

О нужном месте их оповестили вороны, кружившие над одной точкой. Молодые люди заметили птиц еще до того, как разглядели на дороге двух мужчин. При виде их Эйрик и Магнус послали коней быстрым галопом, едва не спугнув незнакомцев своим внезапным появлением.