Я – сосуд для альфы

Моя…Рррр…

Опять легкий укус и толчок, глубокий, пронзающий насквозь. И мой протяжный всхлип. И еще. Пока медленно, но я чувствую, как дрожит он весь от нетерпения, сдерживаясь. Как зверь внутри рвется наружу, натягивая бронзовую кожу Ансгара, покрытую испариной. Его горящие безумные глаза, то и дело появляющийся оскал…

И снова толчок, уже резче. Утробный рык, вибрирующая мужская грудь. И мой тихий стон. Моя голова безвольно запрокидывается назад. Рот приоткрывается в попытке схватить воздух.

Еще толчок, быстрее. Еще. Еще. Тело скручивает узлом внутри, но снаружи я безвольная кукла с широко раскинутыми ногами и безжизненно лежащими руками. Мысли заволокло кровавым туманом. Боль, возбуждение, унижение, обреченность, похоть, – слишком гремучий коктейль. Меня выбивает из реальности с каждым ударом его мощного члена, начавшего как поршень ходить во мне.

Волк хрипит зло, видя, что я отключаюсь. Хватает меня за подбородок, заставляя взглянуть в звериные глаза.

– Тебе хорррошо, – тянет тихим вибрирующим голосом, и его зрачки расширяются, поглощая меня, – Ты хочешь меня, Маррру.

Я приоткрываю рот и ощущаю, как воля моя, и так подавленная происходящим, отступает окончательно, подчиняясь сильному волку. Таранящий член вбивает глубже его слова.

– Повтори, – приказывает волк и лижет мою щеку, совсем как зверь, собирая текущие из глаз редкие слезы.

Я сглатываю и сухим голосом едва слышно вторю ему.

– Мне хорошо, – внизу живота щелкает что-то, порождая мурашки, жаркой волной расползающиеся по всему телу.

– Мне хорошо…Ооо…

Глаза закатываются, и бедра сами подаются навстречу ему. Хорошо. Хорошо. Хорошо. Это слово как удар барабана в одурманенном мозгу. И боль такая сладкая. И хочется еще. Глубже. Я впиваюсь скрюченными пальцами в мужскую спину, тяну к себе что есть силы. Скребу по напрягающимся мышцам, пытаясь удержаться. Мои ноги обхватывают ритмично работающие бедра волка.

Его член такой горячий, что в лоне закипает что-то, и я нетерпеливо ерзаю под ним, не находя выхода нарастающему как ком возбуждению, стоны срываются на крик.

Джер рычит, запрокидывая голову. Его пальцы впиваются в мои ягодицы и начинают с бешеной скоростью натягивать на себя. И я не могу даже кричать. Тело выгибает дугой, пятки вдавливаются во влажную простынь. Белый потолок идет темными кругами.