Оружейная Машина

А потом зазвонил мобильный, почивавший на высившейся рядом с кроватью стопке книг.

Все женщины Тэллоу настаивали, что спросонья у него явно проявляется что-то вроде синдрома Туретта. В течение первого часа по пробуждении у него полностью отсутствовали терпение и выдержка, а с социальными навыками наблюдался полный швах.

Тэллоу злобно цапнул мобильный и прорычал:

– Какого хрена, мать его за ногу?

– Приезжай в участок.

– Сорок, мать их, восемь сраных часов у меня, сука, отдыха, нахера ж меня будить?!

– Пришли данные экспертизы по твоим пистолетам.

Прости, Джон, я помню, что дала тебе сорок восемь часов, но ты мне нужен здесь.

– М-мать твою… Ладно. Хорошо. С-сука… Через час… буду.

– Через полчаса. И будь добр вести себя по-человечески, как приедешь. Я тебе сейчас сделаю скидку на наглость, но смотри – еще раз пасть разинешь, я тебе личное дело так изговняю, что мало не покажется.

– Да. Хорошо. Лейтенант кладет трубку, я просыпаюсь. Да.

– Полчаса, детектив.

* * *

Через тридцать пять минут он уже шел сквозь строй сочувствующих в Отделе расследования убийств, что располагался в здании Первого участка на Эрикссон-плейс.

Неловкие рукопожатия и не менее неловкие соболезнования отняли десять минут времени по дороге к кабинету лейтенанта. Джима любили. Но вот что сказать Тэллоу, не знали. Однако пытались. Тэллоу мрачно наблюдал за процессом.

Лейтенант встретила его кислым взглядом:

– Я сказала – тридцать минут.

Сегодня на ней безупречно сидел костюм из морозно-серой, в синеву, камвольной ткани.

Этот костюм Тэллоу еще не видел.

– Люди по дороге то и дело останавливали. Да что случилось?

– Что случилось? Я бы могла сказать для начала, что ты выбесил криминалистов, да так, что мне пришлось уламывать их оказать мне услугу и передать пистолеты спецам из ночной смены. Для того чтобы у меня сегодня был шанс получить результат баллистической экспертизы. Но я не буду этого говорить.

Тэллоу, не дожидаясь приглашения, рухнул в кресло по другую сторону ее стола.

Жесткий пластик не располагал к долгому сидению – собственно, за тем кресло и стояло.

– Ну, тогда я весьма рад, что меня не урыли.

– Рано радуешься, – зло ответила она. – Я, Джон, очень расстроена. Это что, не видно по мне? А?

– Прошу прощения, если расстроил, – солгал Тэллоу.

– Так вот. Криминалисты пробили несколько пистолетов из той квартиры на Перл, что ты вскрыл. Четыре штуки. Результаты пришли два часа назад.