Оружейная Машина

Крупных размеров мужчина горестно поник головой:

– Простите, я вас принял за другого человека.

– Это я уже понял. Мне нужен ваш начальник.

– А я думал, что вы – это она и есть.

Тэллоу решил поддержать светский разговор:

– Значит, вы нашли это внутри чьего-то… э-э-э?..

– Тела! Возраст – семьдесят восемь лет, кожа да кости! Как оно туда влезло только, ума не приложу! Там же места нет, сердце должно было сместиться!

Тут крупных размеров мужчина снова посмотрел на трубку. И его осенило:

– Нет, от этого он бы еще быстрее умер.

– Послушайте, мне нужен ваш начальник.

– Она за кофе пошла. В какой-то момент.

– И сколько вы простояли перед лифтом?

– Не судите, и не судимы будете.

– Но мне и вправду нужно встретиться с вашим начальником.

– Да зачем? – И собеседник покачал перед носом пакетом с телефонной трубкой. – Что может быть важнее этого?!

– Ну ладно. Зайдем с другой стороны. Вы не знаете, кто занимается складом оружия с Перл-стрит?

– А.

Вот оно что. – Тэллоу был абсолютно уверен: он сказал про Перл-стрит, а не про то, что в свободное от работы время сексуально домогается до котят. Но криминалист смотрел на него так, что Тэллоу понял: не отмыться. – Значит, ты и есть тот парень.

– Да. Я и есть тот парень. Да.

– Я бы, мужик, на твоем месте переехал в гостиницу. И никому не сказал в какую. И это, броню б купил.

– Значит, мне сейчас броник мог бы пригодиться, да?

– Да не броник, а прям целый рыцарский доспех.

И щит. Живой, из телохранителей. Потому что ты, мужик, попал к Скарли в черный список, и пребывать тебе в том списке, пока не станешь окаменелостью, а солнце не остынет. Вот.

– О боже. Ладно. А что за Скарли и как мне ее найти?

И он двинулся вперед по грязному коридору мимо деревянных дверей в кабинеты, больше походившие на норы. С каждой вертикальной поверхности облезала латексная краска мерзкого зеленого оттенка, каким красят стены только в государственных учреждениях.

Наверное, чтобы обитателей переморить. Тэллоу шел на голоса: кто-то на кого-то орал в самом дальнем кабинете. Дверь была открыта.

Скарли оказалась худенькой, как птичка, женщиной где-то двадцати пяти лет от роду. Она стояла и оглушительно вопила на какого-то мужчину лет на пять ее старше. Тот выглядел не ахти: болезненный, несчастный, и к тому же ухо наполовину оторвано.

– Естественно, мне плевать, что у тебя кровь течет! – орала Скарли.