Лейси

Доезжаю до станции восточного вокзала. Захожу внутрь. Подхожу к камерам хранения, у меня здесь есть шкафчик. Забираю находящиеся внутри вещи, иду к общественным туалетам. Опускаю голову и захожу в женский. Быстро проскальзываю в пустую кабинку и запираю дверь. Снять мужскую одежду и белье – одеться в женское. Половина дела. Натягиваю чулки и бюстгальтер. Достаю шмотки. Этот вариант одежды – походный, простой. Как раз для таких случаев, когда надо быстро сменить образ. И “пол”.

Надеваю черный свитер с высоким горлом, короткую широкую юбку, всё из немнущейся ткани.

На ноги – простые ботинки на низком устойчивом каблуке. Обычный гардероб занял бы много места, и облачаться в него дольше – так что я обхожусь минимумом. Закончив с одеждой, достаю аккуратно сложенный парик. Эту вещь упростить никак нельзя. У меня три парика. Один дома, один на работе и вот этот, у меня в руках – всегда на всякий случай в тайнике в городе. Все они идентичны – одинаковой длины и цвета.

Парик неудобно надевать в такой темноте и без зеркала – но я привык.

Быстро зачесал волосы, надел сеточку, нанёс клей, расправил парик по голове – и вот я уже похож на Лейлу. Остался макияж.

Сбросив мужскую одежду в сумку, выхожу к зеркалу. Собираю волосы назад, достаю косметичку и начинаю накладывать грим. Очень будничная картинка: хорошенькая девушка красится в туалете. Сначала тщательно мою и вытираю руки, чтобы нанести тональный крем пальцами – в экстренной косметичке нет кистей для макияжа. После тональника идут пудра, накладные ресницы, подводка.

В зеркале медленно начинает узнаваться лицо Лейлы. Я распускаю волосы, крашу губы, бросаю помаду и косметичку в сумку и выхожу. Даже если за мной кто-то и следил, то здесь точно потерял меня из вида. Другая одежда, внешность и пол. Никто не догадается. Теперь можно возвращаться домой.

Семья Алекса

Я дома. Стою перед входной дверью и ищу ключи в сумке. В спешке я забыл вытащить их из кармана мужских брюк. Так что сейчас приходится ворошить вещи. Вдруг слышу, как за спиной открывается дверь.

– Привет, Лейла.

Я оборачиваюсь на хрипловатый, и даже кажется, чуть-чуть радостный голос Алекса.

– Привет.

Странное чувство. Мы виделись утром, и с тех пор столько всего произошло.

Алекс прикоснулся к своей макушке, кивнул мне и спросил:

– Как голова?

– Голова? А-а…

Я уже и забыл, что Алекс не видел Лейлу две недели.

– Спасибо, почти не болит.

Вообще-то, приятно. Кто-то о Лейле искренне беспокоится.