Город для тебя

Одета она была как-то по-пацански: широкие джинсы, не позволявшие оценить безупречную форму её ног; серая футболка, туго обтягивающая упругую грудь; чересчур просторная чёрно-зелёная клетчатая рубаха и кроссовки. В глазах Римской я разглядел готовность сражаться – иначе выразиться не могу. Очевидно, когда-то её воля была жестоко подавлена – и сейчас она жаждала реванша. И ведь не так давно мы были так близки к этому самому реваншу… Но я опять забегаю вперёд.

– Прости, Юрий, но сейчас для вас сыграет Виктор, – сказал Звонимиров Успехову, уже приготовившемуся «звездить».

– Ладно, Витюха, жги! – крикнул уже изрядно пьяный диджей, скрывая за своим балагурством вновь нахлынувшую тоску.

И Правин, присев на стоявший у концов П-образного дивана стул, приготовился играть. Оля Римская расположилась справа от меня на свободном месте дивана. Девушка-хакер сдержанно улыбнулась мне; я же ответил привычной для меня задумчиво-кислой улыбкой. Да уж, веселье и проявления радости точно не были моим коньком. И в тот момент Правин принялся играть на своей акустической гитаре.

Я не слышал прежде ничего подобного. Это словно был некий язык, а не просто музыка. Я осознавал, что эта прекрасная безсловесная мелодия не уместилась бы ни в какие слова – даже в самые добрые и возвышенные. Эта музыка была самим чувством, самой Жизнью, самой Любовью. О такой Любви мечтает каждый человек – о Любви всепринимающей, всепрощающей и всепонимающей.

Мне показалось, что Успехов заплакал. Опекунцева сидела задумчивой.

Даже глаза Москвина не показались мне в ту минуту безразличными. Лицо Правина оставалось, как и прежде, суровым. Оля Римская улыбнулась мне более открыто… И даже я наконец-то сумел улыбнуться от души. Затем я, Ольга и Виктор взглянули на неизменно ясное лицо нашего именинника. Мы поняли, что нам многое предстоит обсудить. В том числе и то, почему я оказался в итоге не там, где планировал, а в допросной перед Ниной. Хотя, как и я сказал в самом начале, я до сих пор ни о чём не жалею. Я просто хочу верить, что мои друзья до сих пор живы…

Когда гости разошлись, Иван сказал мне, что ждёт меня завтра к себе в «штаб» – и скинул мне в сообщении адрес.

Мне же он сказал прочитать один фрагмент из книги Петра Успенского «В поисках чудесного» – о духовном учителе Гурджиеве. Это должно было ускорить моё понимание того, что мы вскоре намеревались сделать. Да, от наших действий вскоре содрогнулся весь город… И ещё одно заявление Ивана по-настоящему поразило меня.