Возвращение Кауранги

Только маленькая девочка в коляске догадалась, что случилась беда и заплакала, но говорить она еще не умела, так что некому было поведать взрослым о трагедии артиста. Они продолжали смеяться и бросать монетки в шляпу. Вечерело. Толпа зрителей сначала поредела, а потом и вовсе рассосалась. Пиноккио остался один на своем подиуме.

Даже небольшая ночная прохлада превратилась для неподвижного тела в лютый холод. Если бы тело Марселя могло дрожать, его бил бы сейчас сильный озноб. Но никакое движение, позволяющее хоть немного разогнать кровь по одеревеневшим членам, было невозможно.

Мим беззвучно кричал, его душа в смятении билась о клетку, в которую превратилось его тело. Он жаждал сейчас только одного – размозжить свою голову о стену, лишь бы избавиться от кошмара неподвижности. В полночь он сошел с ума.

Перед рассветом жизнь в теле Марселя Лольона прекратилась. Оператор уборочной машины, заглянувший в его пустые безжизненные глаза, вызвал полицию, а та, в свою очередь, скорую помощь.

Когда бригада медиков и полицейские начали снимать эту странную статую с ее пьедестала, одервенение прошло и тело безвольно упало на руки спасателей.

4. Вы не можете слышать

– Ну что ж, дорогая моя, – сказал доктор Касадо, – могу с удовлетворением констатировать, что с физической точки зрения вы абсолютно здоровы. У вас прекрасный организм и тело, приспособленное для долгой и счастливой жизни. В эндокринной системе не выявлено никаких отклонений. Одним словом – вам можно только позавидовать!

Они стояли перед экраном, на котором медленно вращалось трехмерное изображение человеческого мозга, как поняла Кауранги – ее мозга.

– Что же касается вашего слуха и рассказа о странном сне, то могу сказать, что томограмма не выявила каких-либо изменений в этой зоне. – Доктор стал водить пальцем по экрану, и повинуясь его движениям, изображение мозга стало распадаться на разноцветные части и слои. – Вот, полюбуйтесь. Все по-прежнему, как было еще при вашем рождении.

К сожалению, вы не можете и никогда не сможете слышать.

Его тонкие длинные пальцы легли на лоб и щеки Кауранги. Доктор мягко повернул ее голову, чтобы заглянуть в ухо и повторил машинально:

– Вы не можете слышать.

Кауранги почувствовала странную вибрацию, будто какой-то ржавый скрип ворвался в мозг и железной щеткой прошелся по позвоночнику. Она схватилась за голову и упала на руки едва успевшего подхватить ее доктора.