Возвращение Кауранги

«Почему они все белые?» – подумала Лис, глядя на нападавших, и сама удивилась, почему ее вообще интересует этот вопрос сейчас, в тот момент, когда машина уже начала раскачиваться.

– Вот же шляпа! – Лис отстегнула ремень безопасности и открыла дверцу. Но тут же инстинктивно закрыла ее, потому что внезапно сверху раздался очень громкий сухой треск, словно кто-то сломал о колено огромную палку, и на беснующихся левых посыпались раскаленные брызги. Толпа завизжала, стряхивая с себя огненные капли, и отхлынула от машины.

Одна искра попала лежащей девушке прямо в волосы. Она в ужасе замахала руками и соскочила с капота. Пространство вокруг машины освободилось, демонстранты утратили к ней интерес. Они остановились и завороженно смотрели куда-то вверх. Люди, стоящие дальше, тоже прекращали кричать и задирали головы, раскрыв рты. Вскоре вся улица, включая полицейских, выстроившихся на ступеньках и подходах к своему зданию, была охвачена молчанием.

Лис тихонько открыла дверь, выбралась из машины и посмотрела вверх.

– Ой-ё, – только и смогла прошептать она по-русски.

Огненный шар диаметром около метра медленно опускался на толпу. Люди под шаром сначала попятились, потом пошли, отпихивая задние, не успевшие еще сообразить, что к чему ряды, чем только еще больше утрамбовывали их, а потом, когда шар поплыл над самыми головами, бросились врассыпную. Шар помедлил, будто выбирая цель, и вдруг, превратившись в огненную стрелу, ударил по толпе. Отступление превратилось в паническое бегство.

Улица опустела за несколько секунд, только полицейские со щитами не покинули своих постов, прикрывая вход в здание управления, да несколько человек, пораженных молнией, остались лежать бездвижно на дороге.

Лис хватило выдержки не поддаться стадному инстинкту. Пока шар опускался, она осторожно передвигалась, выходя из опасной зоны и не теряя объект из виду. После разряда, убедившись, что угрозы больше нет, она подбежала к пострадавшим, но успела лишь перевернуть одного из них на спину и приподнять ему веко, чтобы проверить реакцию зрачка на свет, прежде чем подоспевшие полицейские оттеснили ее.

Улица была свободна. Лис села в машину, которая, к ее удивлению, завелась, развернулась и уехала.

8. Ты не понимаешь своего счастья

Визит к доктору Дифенбаху не оставил никакого другого впечатления, кроме одуряющей скуки. Доктор говорил с ней, как с ребенком, замедленно, утрированно артикулируя и так же утрированно выполняя жесты.