Повелитель кристаллов

Ророхико Аиши?куа держал в памяти историю племени канайканахов на протяжении более чем шестнадцати тысяч лет – с тех пор, как их далекие предки пришли из северной ледяной страны и двинулись на юг. Племя шло первым – все остальные племена следовали за ним. Поэтому их и назвали канайканахами, что означает «люди, посланные далеко». Что было раньше ророхико не помнит, потому что кристалл, который составляет его тело, слишком мал для хранения такой массы информации.

– Раньше, когда нас было много, каждый из нас хранил лишь небольшой кусочек знаний, и мы могли обмениваться ими и объединять их, когда это было нужно.

Но теперь я остался один. Мысли других ророхико не доходят сюда, в пещеру. Я работаю впустую. Я здесь уже пятьдесят три сезона – с тех пор, как чаяруна убили Аиши?куа. Моя энергия кончается. Без подзарядки, без взаимодействия с другими ророхико, я обречен на угасание. Пройдет еще несколько сезонов, и я иссякну, превращусь в обычный камень под ногами чаяруна.

В голосе, вернее в вибрациях камня не было никакого трагизма и пафоса, но Паоро с трудом сдержался, чтобы не всплакнуть.

– Послушай, брат ророхико! – взволнованно сказал он. – Мой народ… нет, все человечество, которое насчитывает сейчас почти семьдесят тысяч нихов, утратило искусство выращивания ророхико, и более того, начисто забыло об их существовании. Но оно создало то, что мы называем наукой и техникой – способ познавать, измерять и использовать природные силы. Мы создали искусственные ророхико, которые мы называем компьютерами, но даже самые лучшие из них не могут сравниться с тобой, потому что в них есть только написанные человеком программы, а в тебе есть разум.

Но мы могли бы изучить тебя, снабдить тебя энергией и сохранить тебе жизнь, а может быть – и создать тебе братьев. Ты мог бы много рассказать человечеству. Если хочешь – я заберу тебя отсюда.

– Нет! Я принадлежу канайканахам и Аиши?куа. Ведь во мне тоже есть то, что ты называешь программой, и я не могу ее обойти. Во мне есть табу.

Одно из них – оставлять своего ху – повелителя. Так что спасибо, но я вынужден отказаться. Я останусь здесь.

Трое суток пролетели как одно мгновение. Паоро, привычный к длительным неподвижным медитативным практикам и не нуждающийся в пище все это время просидел перед тсантса Аиши?куа с ророхико в руке. Обычно диалог шел в режиме интервью. Паоро задавал вопросы, а ророхико обстоятельно, насколько могло позволить время и возможности памяти Паоро, отвечал.