Повелитель кристаллов

Я вылетаю немедленно на королевском Боинге.

– Отлично!

– Не вижу ничего отличного! Ты остаешься на хозяйстве. По марсианскому досье есть новости?

– Да. Сегодня Алиса Тавридис прибыла в Дрезден и посетила Ивон фон Кранепуль в психиатрической лечебнице доктора Хольцман[1 - Этот визит описан в романе «Рай в барабане» (прим. автора)].

– Этого следовало ожидать. Значит, теперь они точно знают про Джавайну.

– Получается – знают.

«Марсианское досье» было после того, как в европейских, а затем и в мировых СМИ разразился скандал вокруг доктора Алисы Тавридис и якобы обнаруженного ею на Марсе вещества, содержащегося в земной марихуане.

По непонятным (конечно, непонятным лишь на тот момент) причинам информация эта, носившая сугубо научный характер и опубликованная в узкоспециализированном научном журнале «Вестник экзобиологии», который и читали от силы пара сотен специалистов по всему миру, всколыхнула общественность. Впоследствии маховик этого скандала был искусно раскручен одним из европейских наркокартелей, прикрывающихся вывеской религиозной организации.

Но тогда, в самом начале, мир разделился на меньшинство – тех, кто поверил в данные Алисы Тавридис, и большинство – тех, кто счел эти данные фейком, шарлатанством или ошибкой.

И только один человек на Земле – ученик поэта и философа Джозефа Джиби, бывший ученый, а ныне рыбак с острова Джавайна, Науэль Эрнесто Рохо твердо знал, что это не ошибка, а его личная трагедия.

Много лет назад он получил так называемое Послание Вселенной и вошел в негласный клуб Творцов – живых существ, владеющих способностью управлять материей силой разума.

Эту способность Творцы имеют право использовать с одной, и только одной целью – для создания волн, которые могут зародить жизнь на безжизненных доселе планетах.

Но, вдохновленный образом рая в барабане, нарисованным растафарианским поэтом Джозефом Джиби, Рохо нарушил Кодекс Творцов и усилием воли послал на Марс волны, которые могли бы породить там бактерии, производящие два главных ингредиента этого рая: чистый воздух и гашиш.

До сих пор Эрнесто Рохо надеялся, что его идиотский, легкомысленный, пропитанный юношеским максимализмом и восторженностью эксперимент не удался. Алиса Тавридис разрушила эту надежду.

– Кровь, слезы и руины, – сказал Рохо королю Хотонго, близкому другу и единственному человеку, посвященному в его тайну. – Да, кровь, слезы и руины – вот неизбежная расплата за то искажение естественного хода вещей, которое толпа называет чудом.