Рай в барабане

Уже темно, а мы как на витрине.

Олли задернул шторы. Стало уютно.

На ужин Олли приготовил два идеальных во всех отношениях стейка. Поужинав, они сидели на диване при свечах и пили красное вино с сыром и виноградом.

– Слушай, Оли, я не знаю, что сказать… Я прибежала к тебе со своей проблемой. Я даже не задумывалась, куда идти. Я очень благодарна тебе. Ты ведь не обязан…

– Лис, ты не понимаешь… Ты для меня… Не знаю, может быть, в детстве я видел ангела, и он был похож на тебя. Но как только я тебя увидел, я вдруг понял, что ты – часть моей жизни.

Но только та часть, к которой я сам не могу прикоснуться. Понимаешь? Все эти годы я был как будто скован чем-то… каким-то странным оцепенением перед твоей… неприступностью для меня. Не думаю, что ты понимаешь…

– Неприступность? Олли, я ненавижу это слово. Это моя главная проблема, с тех пор как… я как-нибудь потом тебе расскажу. В присутствии мужчин эта маска сама наползает на меня, чтобы скрыть страх. Я сижу внутри крепости, и не знаю, как ее взять.

Она повернулась и села ему на колени.

– Давай наконец покончим с нашими неприступностями…

Она провела ладонями по его лицу, уперлась лбом в его лоб и стала расстегивать ему рубашку.

Дикий визг заставил их вздрогнуть так, что полетели стаканы. Первое мгновение Лис и Олли поддались животной панике и ничего не могли понять.

Штора балконной двери отлетела, и в комнату ввалился человек в сером костюме с пистолетом в руке. Между ног этого человека бился и истошно орал коричневый комок.

Человек упал и выронил пистолет. Судя по всему, он пытался тихо войти в балконную дверь, и это не понравилось Тахре.

Тахра подошла к делу основательно и действовала целеустремленно. Передними лапами она вцепилась в то место, где должен находиться член. Закрепившись на нем своими отточенными когтями, она задними лапами с бешенной энергией полосовала брюки и живую плоть.

– Иннннь-яу-яу-яу-яу-инннннь-яу-яу-яу… – орала Тахра. Человек же в сером костюме боролся, крепко сжав зубы и не издавая ни звука.

Человек извивался и пытался отодрать Тахру от своего паха. Но как только он касался рукой ее гладкой, выскальзывающей шерсти, она шипела, изворачивалась и кусала руку, перенацелив на нее и задние лапы. Передние же лапы продолжали крепко держать свою добычу.

Олли быстро пришел в себя. Он пнул ногой пистолет, и тот скользнул под шкаф. Потом он подбежал к дерущимся, стал на одно колено и, улучив момент, точно и резко ударил человека в подбородок.