Волчьи пляски

– Я предлагаю сперва немного сбросить напряжение, – выдвинул идею Назар, приблизившись к Анжеле Пашутиной, напряженно съежившейся на стуле так, что сдерживавшие ее путы скотча оказались туго натянуты, – Смотри какая сладкая и ухоженная, – он подошел вплотную и по-хозяйски запустил здоровенную лапу в декольте ее нарядного атласного халата, а затем добавил, – И мягкая!

Вместо ответа, Серый вынул из-за пояса пистолет с глушителем, привычным движением взвел курок, затем направил его в сторону пленницы и выстрелил.

Оружие в его руке дернулось, с тихим хлопком послав заряд. Пленница, на лбу которой появилось оплывавшее кровью отверстие, дернулась всем телом и обмякла, начав заваливаться набок. Из перекосившегося рта, заклеенного скотчем, не донеслось ни звука. За исключением странного вздоха, с которым, наверное, отлетела душа.

– Сбросил напряжение? – коротко спросил Серый Назара, все еще глядя на свою жертву, упасть которой со стула не давали скотчевые путы, – Достаточно? Или будут какие-то дополнения еще?

Он смерил подчиненного глазами с головы до ног и, не найдя в корявой физиономии каких-либо намеков на неудовольствие, перевел их на Ивана Усова, с безучастным видом охранявшего входную дверь.

Тот, равнодушно скользнув взглядом по телу убитой, отвернулся.

– Ну, раз возражений не поступило, будем считать вопрос решенным, – вывел резюме бригадир и развернулся в сторону второго пленника, – Расчехли ему рот, Назар. На пару слов.

В это самое время сила тяжести мертвого тела одолела сдерживающий фактор в виде привязывавшего его к стулу скотча.

Перевесившись до критической точки, оно рухнуло на пол с глухим шмякающим звуком. Серый, которого на секунду привлек этот звук, мельком оглянулся. Потом снова обратился к Фомину, с губ которого к тому времени лапища Назара уже сорвала липкую ленту.

– Поговорим, бизнесмен? – поинтересовался он, взглянув в побелевшее лицо находившегося в его руках человека.

Не в силах вымолвить что-то в ответ, тот отчаянно закивал массивной головой.

– Вот и ладушки, – холодно улыбнулся бригадир, – Думаю, что тебе не придется ничего объяснять на пальцах. Наверное, уже понятно, что ты совершил непростительный поступок в отношении человека, с которым имел общие дела? Или нужно что-то пояснить?

До смерти перепуганный Фомин отрицательно замотал головой. Глаза его косили в сторону. Очевидно, чтобы лишний раз не наткнуться на труп, лежащий почти у самых его ног.