Волчьи пляски

А в данном случае он счел свое поведение в отношении меня большой ошибкой…

– Извинился, что ли? – Грач поскреб заросший жесткой щетиной подбородок, – Ну, это дорогого стоит.

Иосиф исказил широкое лицо скептической ухмылкой.

– Извиняться Козин не умеет. Слышал о нем?

– Слышал упоминание, – неопределенно протянул Костя, – Большой пацан с немалыми возможностями. Я с людьми такого уровня еще не общался, так что ничего конкретного сказать не могу.

– А я могу, – Крутой еще раз затянулся и после затяжки задумчиво посмотрел на тлеющий сигаретный окурок, – Такие люди, как Козин, уж поверь мне, имеют огромный потенциал.

Такие люди порой вершат историю. Поэтому, даже если Андрей Силантьич кинул меня в той ситуации, посчитав, что Иосиф Крутой выработал свой потенциал, я все равно с большим желанием отнесся к перспективе наладить утраченные отношения с ним. Они стоят того. Хотя бы тем, что Козин, хоть и ворочает делами, никогда не принадлежал к уголовникам. Как и я.

– К чему лирическое отступление? – коротко поинтересовался Грач, – Я выполнил обещанное – ты сказал мне спасибо.

О благодарности я не просил, но все-таки приятно. Что еще? Что дальше?

– А то, что я приехал не только речи говорить. Есть предложение. Хочу, чтобы ты работал у меня в команде.

– Почему?

– Умеешь держать слово. Да и другие качества у тебя, как посмотрю, развиты. Может, все-таки расскажешь, как умудрился за два дня умертвить полтора десятка здоровенных братков? Никто из них доходягой не был.

Патологоанатом, с которым у меня состоялся интересный разговор, пояснил некоторые детали, наводящие на определенные мысли…

– Какие там мысли, – фыркнул Грач, отмахиваясь, – Против лома нет приема. Это истина. Есть еще одна, гласящая – спастись от взрыва бомбы может только сам господь бог. У них не было шанса.

– Не прибедняйся, – увещевательным тоном подал реплику Крутой, – Бомбой ты подорвал только пятерых. Остальные десять умерли другой смертью. Доктор сказал мне, что в каждом из трупов нашел только по одной пуле.

– Не во всех.

– Не спорю, – кивнул Иосиф, – Последних двоих, самых главных в банде, ты завалил ножом. Факты сами характеризуют тебя, как бойца.

– И что же они говорят, эти факты?

– Многое, – Крутой изменил позу, щелчком пальцев метнул в сторону погашенный о ладонь окурок, и склонился в сторону собеседника, – Во-первых, факты говорят о том, что ты не понаслышке знаком с подрывным делом.