Девушка в крапиве и цветах

– Я хоть по любви, – рассердилась Вера на сестру и отвернулась.

– Колька Видов мне каждое воскресение по тысяче рублей приносил. Ему мамочка на обед давала, а он для меня копил.

Громко тарахтя, выпуская из перегретого мотора клубы дыма, на берег выехал старенький «Иж» с коляской. Красный мотоцикл с жёлтой коляской. Исцарапанный и мятый, с разбитой фарой.

– Смотри-ка ты, Брагин пожаловал, – презрительно усмехнулась Надя. – Как только Валя с ним живёт. Он же, как напьётся, гоняет её по всей улице и орёт: « Убью проститутка! Опять к Круглову бегала!»

– Какая-то сволочь рассказала ему, что у Вали дочь от Круглова, – Вера сочувственно вздохнула.

– А правду, чья? – в глазах Нади вспыхнули искорки.

– Наташка, подружка Вали, за одной партой сидели, говорила, что Круглова. Тоже в Круглова была влюблена. Может, врёт. А Круглов тогда в университете учился, после второго курса приехал на каникулы. На выпускном вечере от Вали не отходил. Не знаю, что там произошло, но когда Круглов обратно в город уехал, Валя долго ходила потерянной, вся в слезах.

Тут Брагин из армии пришёл. Валю давно любил, какие письма писал. Валя сторонилась, но мать её настояла, за руку к Брагину притащила. Сыграли свадьбу. Через семь месяцев родилась дочь. Все и зашушукались – как так? Владимир Кондратьевич, добрая душа, справку дал, что родила семимесячного.

– Ну, родила бы Брагину ребёнка. Успокоился бы, – сказала Надя.

– Не получается у него. В армии, говорят, облучился.

– Вот и прижал бы задницу.

Круглов и Котов вышли из воды. Котов бросил взгляд на портмоне, призывно торчащее из кармана пиджака, недовольно наморщил широкий нос. Легли загорать на огромное махровое полотенце. Круглов бросил взгляд на Валентину и улыбнулся.

Сергей Брагин заглушил двигатель мотоцикла. Конечно, можно было отъехать подальше – берег длинный – от компании Круглова, Котова и сестёр-близняшек, но Сергей решил остановиться рядом. Валя посмотрела на злое лицо мужа и сникла. Она поняла, что искупаться, отдохнуть от вечерней духоты у прохладной реки не получится.

Брагин опять начнёт унижать её перед Кругловым, демонстрировать свою власть: вот видишь, она моя баба, что хочу, то и делаю.

«Ведь любит меня, пьяный ревнует, изгаляется, а проспится – обнимает ноги, целует, на коленях прощения просит. – Валя вздохнула и решила не снимать платья, искупать только дочку Варю. Но увидела голубые глаза Андрея Круглова. Сбросила платье, швырнула его в пыльную коляску.