На хвосте

Меня привезли к неприметному панельному дому на окраине рядом с аэропортом, водитель остановился, дверь разблокировалась. Пришло СМС: «Поднимайся в 52 квартиру», я забрал чемоданчик, вышел к подъезду, и машина уехала. Позвонил в домофон, который оказался с видеокамерой, дверь открылась, на всякий случай незаметно прикрепил «телефон» с помощью магнита в чехле к косяку металлической двери сверху, и стал подниматься по лестнице на 3 этаж. На всех площадка были установлены скрытые камеры слежения, дверь в квартиру была открыта.

На входе в квартиру услышал голос из комнаты:

– Заходите в комнату.

Поставил чемодан на пол и зашел,

– Закройте за собой дверь, – На столе стоял ноутбук, в нем я видел только себя, звук выходил из его динамиков, голос был измененный, я давно все записывал на диктофон, но, пожалуй, работали специалисты и раскодировать звуки, определить владельца голоса не получится. Мне приказали раздеться до гола, бросить все вещи в стоящий тут же рядом ящик. Ту даже отправился мой дорожный чемоданчик вместе с не пригодившимся диктофоном.

Далее, я сам от сканировал сетчатку глаз, взял мазок на ДНК и оставил его в специальной пробирке.

Ребята были серьезные, профессионалы. Раньше такие ресурсы были только у спецслужб, работавших на правительство.

Далее после тщательного осмотра перед камерами, я думаю их было несколько, всех частей моего голого загорелого тела, я получил команду зайти в соседнюю комнату, где нашел комплект зимней одежды, как я понял по красным крестам, пришитым на нагрудном кармане – врача или санитара.

Там же были: комплект документов с моими фотографиями, кредитные карты, немного наличных, новая дорожная сумка, новый телефон. Следуя устным инструкциям, я сам убрал линзы, наконец мои глаза стали привычно карими. Потом вернулся в первую комнату. Моих вещей там уже не было.

– Готов к труду и обороне. – Грустно пошутил я со своим отражением в большом зеркале.

Пришло еще одно сообщение. Мне предстояло вернуться в аэропорт.

Для меня не впервой были подобные процедуры, свое настоящее имя я уже давно забыл, но все-таки было интересно, как меня теперь зовут. Заглянул в новый паспорт, очень удивился, там стояла одна из моих официальных фамилий, под которыми я числился в ведомстве. Да, судя по всему, кому-то нужен был не я сам, а мои старые связи. Заныло под лопаткой, но состояние безысходности, апатии резко сменилось на злость и сосредоточенность.