Театр миниатюр сквозь эхо абсурда

Нефигурист

Однажды у Ходжы Насреддина спросили, может ли он научить ишака кататься на коньках.

– я не собираюсь учиться кататься на коньках! – возмутился ишак

С тех пор ходит слава о том, что Ходжа Насреддин научил разговаривать своего ишака.

Обмен опытом

Однажды ишак научил Ходжу Насреддина говорить «иа». Тогда Ходжа Насреддин решил научить ишака разговаривать.

Хитрый Насреддин

– а как ты научил своего ишака летать? – спросил Эмир Ходжу Насреддина

– а мой ишак не умеет летать – признался Ходжа Насреддин

Неблагодарные

– а зачем Ходжа Насреддин научил нас разговаривать? – спросил у мамы ишак

– он был глупцом – ответила мама

Непонимающие

– а зачем Ходжа Насреддин учил нас по-людски разговаривать? – спросил у мамы ишак

– он был глупцом – ответила мама

Слава о Ходже Насреддине

– а люди правда считают, что они разговаривают лучше нас? – спросил у мамы ишак

– да, один глупец даже учил ишака по людски разговаривать – ответила мама

Сверхнаивность

Однажды Ходжа Насреддин уволил своих имиджмейкеров.

– если я научу осла говорить, то имиджмейкеры будут мне больше не нужны! – решил Ходжа Насреддин

Глава 3. Правила абсурда

Эскиз

В солнце вонзился одуванчик. Подул ветер, и лучики одуванчика переплелись с лепестками солнышка.

Чайка Джонотан Л.

– а сколько еще грызть?

– еще грызть и грызть…

– а зачем грызть?

– ну мы же бобры

– а зачем это?

– чтобы грызть…

Стюардесса

Однажды я встретил стюардессу бумажного самолетика.

– вам чай или кофе? – поинтересовалась у меня она

– кофе, но мы с вами сейчас не в небе

– а давайте общаться так, будто-бы мы летим

– и куда?

– к мечте

– давайте!

Я вырвал из тетрадки листочек, сделал из него самолетик и мы полетели…

Такая сякая

Перед встречей с ним принцесса вывернулась наизнанку. А он ее не поцеловал. Она обратно так и не ввернулась.

На следующее свидание принцесса пришла кверхтармашками, а он мог только низтармашками.

А третьего свидания уже не было, потому что принцесса сбежала с ним из дворца без всякого свидания!

***

Однажды стершийся иероглиф влюбился. Чувства к ненаписанной мечте воспламенили его и в библиотеке начался пожар. Каждая буква каждой книги почувствовала, что такое любовь и потушить их было уже не возможно…

Ксерокс неповторимости

Однажды ксерокс неповторимости попытался скопировать Черный Квадрат Малевича.