Ныряльщик за жемчугами

С каждой секундой дождь становился всё сильнее, пока под его чарами стало невозможно различить ничего в двух шагах.

– Вы улитки, или моряки! – горланил Литон. – Почему так медленно? Может, и мне стать рядом с вами, начать выливать воду за борт? Только учтите, обмакивать воду буду кем-то из вас!

Капитан поворачивал руль то влево, то вправо, делая всё возможное, чтоб удержать корабль на плаву и справиться с бурей. Другие бегали кто с ведром, кто с тряпкой, выливая воду за борт. Силы были на исходе, но сдаваться было нельзя.

Никто и не обещал моряку сладкую жизнь. Потом буря улеглась. Через время тучи растаяли, и над «Душой Корсара» повисла арка радуги.

– Фух, живы! – сказал капитан. – Хотя, что нам теперь буря, когда самого морского чёрта убили? Давайте же теперь веселиться!

Пираты пили ром, кто-то играл в кости. Правила простые – бросаешь несколько кубиков. У кого выпадет меньше всех очков – тот целый день будет драить палубу. Другой проигравший моет посуду. Так с азартом очень просто не допустить грязи на шхуне.

– Ты мухлевал! Я видел! – закричал Тарт.

– Если ты неудачник, я тут причём?

– Да ты! Как ты можешь так говорить! Я же своими глазами видел, как ты перевернул кость рукой.

– Не хочешь драить палубу – нечего обвинять честных людей в обмане!

– Ты-то честный? Не смеши люд! Мой друг в штанах – и то честнее! Он всегда честно поднимается при виде женщины. А ты, звездюк, мухлюешь!

Тарт схватил Джима за шиворот. Джим достал кинжал. Раздался выстрел.

– Оба! – сказал капитан.

 – Сейчас же бросьте оружие на пол. А теперь выйдите на свежий воздух и решите там, кто прав, а кто виноват.

Тарт и Джим вышли. И через время дверь снова со скрипом растворилась, и двое пиратов, как закадычные друзья, в обнимку пели:

Йо-хо-хо! Нам не страшен мертвец,

Нам русалки милы, мы бездонно пьяны.

Нас повесят – нам будет конец!

Но пока живы мы – вы обречены!

– Так бы сразу! – улыбнулся Литон.

Капитан подошёл к Трэму.

– Что ты, друг, не весел? Понимаю, бремя и всё такое, но нужно же хоть иногда расслабляться.

На-ка, выпей-ка рома!

– Пил. Не помогает.

– Тогда держи трубку.

Трэм приложил к губам дубовую трубку. И закашлялся.

– Что это?

– Гашиш, конечно же. А ты что думал? Не переживай, хороший. С Каймановых островов. Мы с ребятами объехали полмира – лучше я ещё не курил.

Не то, чтобы Трэм никогда не пробовал смешивать махорку с бес-травой, как называли вызывающие галлюцинации травы.