Поиски Афродиты

Его произведения оказались «неформатом», по мнению издателей. Но, может быть, с выходом в печать книги «Поиски Афродиты» все изменится? Я уверена, если об этой книге узнают и заговорят, ее ждет успех.

Я искреннее желаю этого Юрию и его потрясающей музе – Ольге».

Юлия Л., Нью-Йорк

«У этой истории будет несколько затянутое начало. Началась она так: я совершенно случайно познакомилась с фотографическими работами Юрия Аракчеева. На фотографиях меня особенно поразила не природа, не бабочки, не «правильные» (ненавижу это слово в контексте разговоров об искусстве) ракурсы, а женщины.

Точнее, то, как эти женщины сняты. Ни тени современного гламура, под которым порой и лицо модели разглядеть сложно, не говоря уж о теле (хотя ведь НЮ), немного старомодно, как нынче сказали бы фотографы, но каждая из моделей буквально дышит красотой и чистотой. При том, что НЮ, да, и порой достаточно откровенное. Я до сих пор помню тот момент, когда я впервые увидела работы Юрия. Да, конечно, до этого я видела красивые фотографии – неправильно было бы говорить что-нибудь вроде «сейчас ничего хорошего не снимают, ведь Фотошоп и цифра», но о работах Юрия мало сказать просто «красивые». В каждой из них есть очень редкая для современных (только для современных ли?..) деталь: они полны смысла и сути. Точнее, замыслом того, кто их сделал. Когда вы смотрите на фотографию, вы видите, прежде всего, замысел, а только потом у вас загорается лампочка – о, так здесь обнаженная женщина, да еще в откровенной позе… если загорается. Потому что фотографии Юрия прикасаются к чему-то очень тонкому в душе. Это что-то оперирует другими понятиями, не делит мир на обнаженный или одетый, на хороший и плохой, на откровенный или не очень откровенный. Ну, о фотографиях можно беседовать много и долго, и это, конечно, разговор совершенно отдельный. Теперь, думаю, вы понимаете, что при таком раскладе я не могла не заинтересоваться прозой Юрия. И вот «Поиски Афродиты».

Я читала книгу дважды – что, надо сказать, подвиг с точки зрения большинства читателей, ведь там «многабукаф».

Первый раз читала, каюсь, по верхам. Точнее, где-то на второй трети книги поняла, что читаю по верхам, потому что в голове упрямо бился пока что обезличенный и неозвученный вопрос: здесь есть то, что я давно ищу, но что? И вот, когда я начала читать во второй раз, многие вещи заняли свои места. Как говорят у нас, «у меня упал жетончик». Я поняла, что передо мной не книга, а самая настоящая драгоценность.