Переразводной ключ

Даже в ее 30 лет, когда мы и поженились, она давала фору другим девчонкам. Я гордился, что на мою жену оборачиваются другие мужчины. Значит, я выбрал отличную спутницу жизни. Но, как говорится, показалось. Красота скрывалась за ее вниманием и контролем, звонками мне на фирму и вопросами, почему я не отвечаю и где я. Она однажды приехала на стройплощадку, где я проверял фронт работы, в одном махровом халате, сказав, что я прячу на работе любовниц. Забавная она в такие моменты. Хотя, если честно, я ни разу не изменял.

Работа высасывает столько соков, что на походы на сторону-то времени нет. Добраться бы до постели и, проспав полтора часа, снова ехать трудиться.

– Ну и зачем тебе маникюрный набор? – спросил я, вставая с кровати.

– Светлана Евгеньевна сказала, что нужно тренироваться даже в отпуске.

– Лучше бы твоя Светлана Евгеньевна отобрала у тебя все эти ваши женские штучки и заперла их подальше.

– Иванов! Ты точно дурак! Знаешь, я счастлива, что эта поездка будет последней в нашей совместной жизни.

– И я счастлив, что наконец-то стану высыпаться по утрам, – ответил я, скинул трусы и, не подняв их, прошел в ванну.

– Какая же ты свинья! – закричала Ира, перебивая шум воды из-под крана.

– И я тебя люблю – произнес я, не передавая в этих словах ни толики нежности и любви.

– Козел! – снова крикнула она.

«Какая у нее необычная способность – пробивать голосом все то, из-за чего ее не должно быть слышно» – подумал я и улыбнулся.

Я мылся около полутора часов.

Нет, я не из любителей принимать ванну, скорее из тех, кто любит взбесить жену. Но одного я не учел: хотя дверь и закрыта на задвижку, жена достанет меня везде, даже если я спрячусь под землей. Она выкопает, наорет, и снова закопает. Так и сейчас. Задвижку Ира вскрыла «невидимкой», что часто скрывала под черными, как смоль, волосами. И теперь стояла передо мной, распахнув занавеску. Я прикрыл свои интимные места, точнее одно, но очень важное.

– Ты охренел? – строго спросила она, несмотря на мое смущение, как бы странно это ни звучало.

– А что я такого сделал? – спросил я, роняя от неожиданности мыло.

– Время выезжать, а ты тут стоишь намываешься. Даже если бы ты был Богом, которому надо натирать огромный живот, чтобы получить удачу на всю жизнь, я бы не стала. – Тут она задумалась и продолжила, – ну или терла бы только своими шершавыми ногами, которые специально не скрабировала бы ради такого случая.