Давно пора

Прятаться, бегать – можно, умоляю, выживи.

– Оружие дадут? – да, я такой себе боец, меча рука не держала, с лука не стреляю, но любое оружие лучше, чем его отсутствие.

– Добудь его в бою, – был лаконичный ответ.

Я услышал, как отъезжают врата за моей спиной. Те, через которые привели сюда меня. Когда они открылись полностью, я увидел силуэт. Человеческий? Да, это был человек. Старый, худой. Он выступил на освещенный магией участок арены, и я увидел его во всей его ничтожности. Это был раб.

Волос не было наполовину, из одежды только рваные штаны, остатки волос были грязными и спутанными, он был жилист и высок, выше меня на голову.

Потухшие глаза не выражали ничего, этот человек давно смирился со своей судьбой и его мало что интересовало. В руках у него были деревянный щит и короткое копье, хлипкий, откровенно плохой, но щит. Кулаком или ногой я его не пробью. Копье тоже было обычной заточенной с одной стороны палкой.

– Клодд! Тридцать лет ты был рабом дома Кладд'Эп! Но теперь ты слишком стар и слаб, чтобы продолжать служить своим хозяевам.

Вот тебе подарок от Дома! Имя этого раба – Марк, и он тут будет вместо тебя. Если победит. Ты можешь убить его, чтобы твоего юного соотечественника не постигла та же участь, что и тебя. Если получится – он не станет рабом, а тебя проводят на поверхность с едой и водой на неделю. Но если он победит – ты получишь смерть, которую давно заслужил. И покой.

По мере того, как Матрона говорила, в потухших глазах раба разгорался огонь. Все его чувства были видны даже ребенку.

Надежда.

Вот что горело в его глазах ярче всего. Ясно было одно, он меня убьет. Ему дали слишком много для этого причин. Тут тебе и солидарность.

Убить мальчишку, чтоб избавить от тридцати лет рабства в этих катакомбах?

Согласен!

Умереть наконец?

Согласен!

Получить свободу?

Беру!

Я в момент сообразил, что пощады тут не будет, он уверен в своей правоте, не дрогнет рука, чтоб как говориться «С Сарацином намертво сразиться». Жаль, что я в роли сарацина, а рыцарь тут вот этот бедный старикан.

– Марк, он очень силен. Очень силен, для тебя. Не лезь в лоб, сломает

Затем прозвучал оглушительный гонг. Я еще стоял, меня била мелкая дрожь. Мне было страшно, мысли летали по черепной коробке, я судорожно пытался вспомнить хоть что-то из того, что может мне помочь.

Ничего, в голове пустота, сковывающий страх и силуэт человека, что поднял щит и медленно пошел на меня. Я – лед, который сейчас разломает этот ледокол.