Следствие ведет Лопата

Благо кран, который был вмонтирован в стену работал, и я не страдал от недостатка воды. И хорошо, что вода была чистая. Но вот во рту у меня явно пахло очень плохо, а одежда провоняла потом. Насчёт последнего. Сходить в этом месте в туалет было некуда, поэтому мне пришлось справлять большую нужду в углу.

Я уже привык что мне должны приносить кашу три раза в день, но в этот седьмой день ни каши, ни чая, ни даже хлеба не было. Очень странно.

Утром мне никто не принёс еду, и сейчас никаких шагов за дверью не было.

Я решил покачать пресс – именно так я отбивал охоту, чтобы не думать о еде. Но желудок, после моих тренировок яростно твердил что хочет есть.

Я крикнул чтобы мне принесли еду, а то я выломаю дверь. Никакого звука после этого не последовало.

Более, чем странно.

Я посмотрел в окно. Светило яркое солнце, ослепляя глаза. "Может подергать дверь?" – подумал я. И снова ветер замотал ветки клёна, который словно кивал "головой", говоря: "Давай, Миша, зря ты ходил три года в качалку что ли?".

И тут я понял, что надо себя проявить и может уже выбить дверь с петель?

Я подошёл к двери. Прислушался. Никакого звука снаружи. Решив потрогать ручку, я, ожидая, что она не откроет дверь, очень удивился. Ручка поддалась и дверь распахнулась.

У меня забилось сердце, как у ребёнка что идёт после нового года смотреть подарки под ёлкой. Дверь вывела меня на небольшую площадку. Прямо по центру вела лестница наверх, а около стены стоял замызганный стул, на котором лежал пустой поднос, цепь которого вела к крюку, что был прямо справа от двери.

Сердце билось сильнее. Я сглотнул и наступил на первую ступеньку деревянной лестницы. Она слегка скрипнула. Я замер и прислушался. Ни звука. Я посчитал количество ступенек – их было восемь.

Решил наступать сразу через две ступеньки. Раз – скрип, но уже три ступеньки прошёл, ещё раз – снова скрип, но громче, но уже пройдено пять ступенек. Сердце колотилось как бешенное. Наверное, если бы в теле была "форточка" сердце бы уже давно ускакало через него.

Ещё две ступеньки, снова скрип, снова ни звука, и уже семь ступенек позади. Осталась последняя деревянная ступенька и вот уже передо мной ещё одна дверь, ведущая в дом.

Я поравнялся с дверью, не забыв скрипнуть явно старой ступенькой, и приложил ухо к двери. Я тогда думал, что мог услышать всё, что творится за дверью, но понимал, что услышал только тиканье часов. Мерное, спокойное.