Новые кроманьонцы. Воспоминания о будущем. Книга 2

Ольга нравилась ему как женщина, и он прощал ей грубость и издёвки. Он относился к ней всегда снисходительно, по-джентльменски. Иногда его просто смешила её вспыльчивость, но иногда и огорчала. Ольга умела больно уколоть самолюбие.

Больше всего на свете Андрей любил Игоря. С ним он мог заниматься часами и если бы не его постоянная загруженность делами, Игорёк заполнил бы всё его время. Ему нравилось таскать его на руках, разговаривать с ним, смотреть, как он улыбается, смеётся и каждый день подмечать что-то новое, делающее сына взрослее и привлекательнее.

Игорь рос здоровы крепким мальчиком и в этом была немалая заслуга Андрея, приучившего его к воде, к солнцу, воздуху, к движению и не позволявшему Ольге кутать и баловать малыша всякой калорийной и сладкой пищей. На этой почве у них не раз происходили мелкие стычки, но тут Андрей терял своё великодушие и уступчивость, он становился неумолим, как скала. И Ольга отступала, видя, что спорить и ругаться с Энди бесполезно. Она даже уважала его за эту твёрдокаменность, досадуя только, что на этот раз вышло не по её.

Порой Ольге казалось, что Андрей любит Игоря больше чем она и Ольга старалась отвлечь сына от мужа, чтобы лишний раз получить подтверждение в преданности Игоря ей, матери. Андрей отдавал Гуньку Ольге с неохотой, и самолюбие его страдало. Ему казалось, что Ольга боится надолго доверять ему сына, ревнует Игоря к нему и считает его не настоящим отцом, хотя и не говорит об этом.

И всё же, несмотря на мелкие обиды и разногласия, их отношения оставались достаточно корректными, как у вполне интеллигентных людей.

Андрей старался по возможности сглаживать все острые углы, обходить противоречия, но удавалось ему это всё труднее. Он чувствовал растущую напряжённость в отношениях с Ольгой.

В очередной раз, придя в лабораторию, Андрей застал там профессора Лебедева и доцента Кондеева. Они сидели за компьютером и о чём-то беседовали.

– О! Ты-то нам и нужен! – воскликнул Кондеев. – Опять нестыковка получается.

По 116-ой мутации не выдаётся прогноз доминантности гена.

– Посмотрим, – спокойно ответил Андрей. – Возможно этот ген всегда рецессивен.

– Разбирайся быстрее. Через неделю у меня отпуск, – заявил Кондеев. – Дальше я откладывать не могу. Лето уже кончается.

– Ничего страшного, – успокоил его Леонид Иванович. – Работа в основном завершена, а мелкие нестыковки ещё долго будут нас мучить. Их все сразу не обнаружишь. Устраним по мере выявления.