Не всё возможно

Решение пришло само собой: Николай вдруг резко остановился, неожиданно повернулся лицом к мужику и, применив борцовский приём, свалил его на землю, выбив из могучей руки кочергу. Затем Николай применил удушающий захват и зашептал мужику в ухо:

– Пойми, твоя жена не изменщица. Это меня, меня ограбили, раздели догола, и я вынужден был к кому-нибудь зайти, чтобы попросить помощи. Твою избу я выбрал как первую, попавшуюся у меня на пути, да к тому же в твоём дворе не было собаки, вот и всё.

Ты понял меня или нет?

Мужик, задыхаясь, закивал, давая понять, что понял. Николай освободил его от захвата, и мужик, поднявшись, подошёл к порогу своей избы и, кряхтя и поглаживая шею, сел на него.

– Не верю я тебе, – забасил побеждённый ревнивец, – не верю и всё тут.

– Ну почему же не веришь? – спросил Николай.

– Ты вон как со мной справился! Ловко заломал меня! А я ведь могу подковы гнуть запросто. Вот и скажи мне, кто мог тебя в нашей деревне ограбить? Отвечаю: никто бы с тобой не справился.

– Так, может, они гуртом на меня напали, ты этого не допускаешь?

– Нет, боярин, не верю я тебе, не верю. Аже бы на тебя напали гуртом, на тебе следы побоев были бы, а ведь их у тебя нет.

– Во-первых, я не боярин, а во-вторых, умён ты, мужик! Только, кто бы я ни был, знай, жена твоя не при чём. Не изменщица она, это точно. Не могу я тебе всего объяснить, да и не поймёшь ты моего объяснения.

– Почему же не пойму, аже говоришь, что умный я?

– Ладно, допустим, что ты застал меня с твоей женой во блуде, скажи, почему же я голый, а она полностью одета? А ещё скажи, если я разделся, чтобы ублажить твою жену, где моя одежда, которую я с себя снял, где?

– А где она, твоя одёжа?

– Ограбили, говорю, меня! Ножичками припугнули и раздели, только вот ты в это никак поверить не хочешь.

Они замолчали. Николай всё же побаивался, что жена мужика может от него пострадать.

Он чувствовал, что не убедил ревнивца, но выхода из этого положения не видел. Конечно, ему пришлось соврать про грабёж, но что он мог придумать другое? Он не представлял, как сможет убедить деревенского мужика, что прибыл к нему в избу из 21-го века, когда сам не понимал, каким образом смог здесь оказаться. Наконец, Николай вновь обратился к хозяину избы:

– Послушай! Вот сижу я перед тобой голый.