Не всё возможно

Продолжая размышлять о своём удивительном посещении владений царя Алексея Михайловича и конкретно избы могучего мужика, Николай пошёл домой.

ГЛАВА 5

Утро, когда начались описываемые события, выдалось солнечным и тёплым. Девушки давно проснулись, давно привели себя в порядок, и наслаждаясь таким утром, прелести которого они могли ощущать только глядя в окно, пили на кухне чай.

– Моя тетка, уехала на дачу до октября, – сказала Ирина, – оставила нам двухкомнатную квартиру. Мы расслабились! Уже два дня валяемся в постели, гоняем чаи, а наши грандиозные замыслы кто будет воплощать в жизнь, Пушкин?

Ирина выскочила из-за стола.

Чайная ложка, захваченная Ириной двумя пальцами со стола, превратилась в дирижерскую палочку, а Ирина продолжила свою речь:

– Начинаем операцию под кодовым названием “Продюсер”. Мы гениально снимемся в каком-нибудь фильме. Пусть даже это будет фильм о том, как мышка хвостиком осмелилась разбить, яичко курочки Рябы. Что касается меня, то я соглашусь сыграть роль мышки и даже яичка.

Ты же, Оксанка, возьмешь бедную продюсерскую душу, и засунешь ее к себе в сумку. Продюсер, конечно, полезет за ней, будет клянчить вернуть её, но ты будешь непреклонна!

–Неизвестно, с какого перепугу ты рисуешь такие картинки, – произнесла Оксана. – Если бы, Ирочка, было всё так просто, то Мосфильм давно развалился бы от желающих получить там главные роли!

– А надо шевелиться, подруга моя! Тётка оставила мне нужные телефоны на Мосфильме, а мы всё валяем дурочку.

Придётся потрудиться, Оксанка, хотя знаю, что ты тюкать пальчиком о пальчик не очень-то любишь!

– А ты не пальчиками, а своими нравоучениями меня затюкала. Я тебя на командные посты не выдвигала, приглуши свой учительский тон! Меня от него тошнит.

– Не обижайся, только дело есть дело. Давай наряжаться. Я хочу быть сегодня предельно "навороченной"!

Оксана согласилась с Ириной, и они обе стали предельно "наворачиваться".

ГЛАВА 6

Ночь навалилась на землю и прижала её к себе, стараясь поглотить ночным мраком самые светлые уголки.

Тучи съели месяц и стали вколачивать в землю первые стрелы молний, которые, вонзаясь в неё, как бы предупреждали, что это только начало, настоящие удары будут впереди. Так и случилось: от разгула молний ночь стала превращаться в день, день – в ночь. Ночные грозы – не редкость, но эта отличалась тем, что почти каждый удар грома был поистине чудовищной силы.