Второе дыхание

 – Заслуг у Виктора много. Парень потрудился на славу. Тут кого-нибудь из его преемников надо. Чтобы было на чьем примере других воспитывать.

– Кочетова? – вопросительно глянул на Антонова Зотов.

– А справится?

– О чем речь, Валерий Петрович. Парень за время, проведенное на заставе, заметно вырос.

– Ладно, – подвел итог разговору Антонов. – Ищи кандидатуру.

В голосе его Зотов уловил одобрительные нотки и весело произнес:

– Будет кандидатура.

Зотов сложил в стол бумаги и собрался уходить.

Но у самой двери остановился.

– Чуть не забыл. Сигутис Микитович просил разрешения у острова порыбачить. Вчера заходил. Я не возражал – лесник заслужил. Семена для теплицы всегда привозит, дровами помогает. Да и ребята, я думаю, от свежей рыбы не откажутся.

– Что ж, раз ты не против, пусть рыбачит. Тем более что заслужил.

7

Занималось летнее утро. Из-за горизонта едва выглядывал темно-красный сегмент солнца. Он был настолько мал, что свободно мог укрыться за склонившимся стебельком полевого цветка.

Первые лучи его с живучей стремительностью прыгали по играющим волнам и зайчиками отражались на борту моторной лодки. Диджюлис, сложив в нее снасти, дернул несколько раз за шнур. Лодка отфыркиваясь, как плывущая медведица, накренилась и, сделав разворот, помчалась вперед. Расстояние между берегом и островом она покрыла за считанные минуты. У песчаного пятачка резко повернула вправо, и мотор ее внезапно захлебнулся в собственном рокоте. Здесь, на пятачке, на виду у пограничников, Диджюлис всегда оставлял ее, сам же уходил в глубь острова на давно насиженное место. Так он поступил и в этот раз.

…Тропинка петляла между темными ожерельями невысоких скал, обрывалась вниз, поднималась на бугристые валуны. Закинув за спину вещмешок со снастями, старик шел к узкой расщелине. Там, рядом с подмытой волнами и отточенной до остроты скалой, и находилось его заветное место. Беспокойное море словно забегало сюда отдышаться и немного отдохнуть от безостановочных набегов на берег.

Точно зеркало, окаймленное овалом крутого берега, оно застывало здесь, отражая в себе ясную лазурь неба.

Диджюлис шел по тропинке, дыша близким запахом моря, и мысленно благодарил Зотова за оказанное ему удовольствие. В душе он уважал старшего лейтенанта. За то, что тот многими чертами своего характера напоминал ему прежнего Валерку Антонова, который раньше часто заходил к леснику в гости. Это внимание льстило Диджюлису.