Начальник службы безопасности. Продолжение

– Вот и я о том же, что-то надо… Слушай, а ты не можешь сюда ко мне на склад своего брата Женю пригласить? Пусть он с этим засранцем по-своему поговорит, да и другие работники, увидев его, двухметрового, точно воровать ничего не захотят.

– А что, неплохая идея, может сработать. Осталось Женьку уговорить свои дела бросить и к тебе подъехать.

Я, не откладывая дела в долгий ящик, тут же стал названивать брату. Он у меня хоть и двоюродный, зато единственный. Я его в свое время даже на руках успел поносить и пеленал пару раз, поэтому отношения между нами сложились особые, несмотря на разницу в возрасте в одиннадцать лет: я за него в любой блудень, не задумываясь, влезу, ну и он мне во всем помогает.

Вот и сейчас, услышав, что от него нужна помощь, сразу согласился подъехать, благо находился со своими ребятами в центре, на Невском. И уже через полчаса Женька со своими ребятишками в количестве двух мордоворотов уже выслушивал нас с Германом. На доводы о невозможности обращения в милицию с официальным заявлением сразу одобрительно, со знанием дела закивал головой:

– Эти точно обдерут как липку, сто раз пожалеешь, что обратился.

Менты не с ворами сейчас воюют, а свои карманы набивают.

На мои попытки возразить Женька сказал Герману:

– А вот братец мой так всю службу и провитал в облаках, все людям помогал. Представляешь, сколько раз ему и мы, и другие пытались дать денег за оказанную помощь? Не брал. Так голодранцем на пенсию и ушел. Вернее, выдавили его, похоже, в органах такие сейчас не нужны идеалисты.

Ну ладно, времени у нас немного, где ваш больной, с которым надо профилактическую беседу провести?

– Сейчас приведу. Только, Евгений, пожалуйста, ты с ним не очень… Вдруг пожалуется потом.

– Да нет, после нас обычно не жалуются. И воровать, как правило, перестают.

Когда подошедший Толик увидел, к кому на беседу его привели, ноги у него враз стали ватными. Подходить ближе никак не хотел. Пришлось Женьке самому к нему подойти и брать за шиворот, потому что тот сам двигаться ну никак не хотел, а может, и не мог.

Разговор проходил за ангаром, где росли те самые кусты, куда Толик прятал ворованные блоки. Женька был, как всегда, краток – уложился буквально в пять минут.

Вышел из-за ангара один и только и спросил, где можно руки помыть. Сполоснув их у рукомойника, братец на наш немой вопрос только и сказал:

– Воровать больше не будет, обещал клятвенно, но я ему не верю. Гони его, Гера, в шею и к складу больше близко не подпускай.