Шахидки. Роман

А ведь что-то приметила, монголочка!

Неопределенно кивнув, она пооткровенничала:

– Ты почти угадала, Валюня.

– Кто он? – ее узенькие глазки чуть ли не округлились от любопытства.

Юлька хитро улыбнулась, наклонилась к ней и заговорщицки шепнула:

– Хочу купить атомную бомбу. Не знаешь, где продают?

– Фу тебя! Новую джинсу, наверное, хочешь купить?

– Ага.

– Дешевле всего на Воровском рынке. Из Китая гонят или ворованное продают. На одну будку кто-то даже приколотил фанерку с надписью: «Скупка и продажа краденых вещей».

Каково, а? Азер, хозяин будки, чуть не взбесился.

– На самом деле краденое продают?

– Наверно. Я всегда отовариваюсь на Воровском. Там все можно купить, были бы деньги. Даже, как ты сказала, атомную бомбу.

Они еще поговорили о всякой ерунде и разошлись. В Юлькиной голове прочно засел Воровской рынок, хотя она и понимала, что без денег там делать нечего. Вот если бы ее день рождения был не в октябре, а в июле, она бы выпросила деньги на дубленку, которую мама обещала в этом году.

А потом сказала бы, что деньги украли. Но до дня рождения далеко, да и мама появится нескоро.

Папа встретил дочь приглашением питаться. Юлька сидела за кухонным столом и жевала, словно ее кто принуждал к этому. Папа огорченно спросил:

– Ты чего смурная, доча?

– Все нормально, пап.

– Юленька, я же вижу!

– Ты все равно не сможешь решить. Это мамино обещание.

– Что она тебе наобещала?

– Хорошо, объясню. Мама обещала подарить дубленку.

Сейчас идет распродажа. Шикарная дубленка стоит восемь девятьсот. Осенью она будет стоить десять или больше.

– Стоит ли из-за такой чепухи расстраиваться, доча? Твоя мама никогда не забывает обещаний. Десять тысяч на твою дубленку лежат в шифоньере. Бери и покупай.

Для нее это были не деньги, а деньжищи. Они настолько подняли настроение, что она под музыку из телевизора стала, как в детстве, выделывать перед отцом танцевальные «па». Он сидел в скрипучем кухонном кресле, слегка покачивался и щурил от удовольствия глаза.

– Папа! – вывела она его из блаженного состояния. – Я хочу дней десять пожить в деревне у тети Любы. Ты не будешь обижаться?

– Конечно, нет, доча. Поживи на свежем воздухе, Попей парное молоко.

Ей показалось, что он расстроился. Юлька поспешила его успокоить:

– Тут же близко. Стану наведываться, чтобы проверить, варишь ты для себя или питаешься всухомятку. Так что кушай нормально.

Он шмыгнул носом.