И один в поле воин

 – Майор пришел по делу, и я хочу, чтобы вы приняли участие в обсуждении. Господина Миллера интересует, что вы думаете о нашем новом офицере по особым поручениям лейтенанте фон Гольдринге?

Лютц удивленно взглянул на генерала, потом перевел взгляд на Миллера. Какая все-таки отвратительная рожа! Особенно этот заостренный нос и подбородок, делающие майора похожим на борзую. А маленькие круглые глаза сверлят собеседника, словно буравчики.

– Я знаком с лейтенантом Гольдрингом с первого дня его пребывания у нас в штабе.

И могу сказать одно – это культурный, способный и совершенно благонадежный офицер.

– Как видите, Миллер, мнение моего адъютанта совпадает с моим, – проговорил Эверс.

– Я тоже, герр генерал, не сомневался в благонадежности барона фон Гольдринга, но мы получили сигнал, – Миллер многозначительно поднял палец, – какой именно, я не могу сказать. Кроме того, в наши обязанности входит – и вы это хорошо знаете – проверка каждого нового офицера, получающего доступ к секретным документам.

Именно потому я и обратился к вам, герр генерал. Вы должны помочь мне в этом.

– Но имейте в виду, Миллер, что речь идет не о каком-то неизвестном человеке, а о бароне фон Гольдринге, которого оберст Бертгольд знает с детства! Об этом он говорил мне лично. А сам оберст Бертгольд – друг рейхсминистра Гиммлера. К тому же теперь оберст Бертгольд работает в Берлине, при штаб-квартире господина Гиммлера! Представьте себе, Миллер, что об этой проверке узнает Бертгольд?

– Но мы имеем указания проверять абсолютно всех! И вчера, к сожалению, не зная подробной биографии лейтенанта фон Гольдринга, я звонил по поводу полученного нами сигнала – о, теперь я уверен, что это глупость! – своему шефу и получил от него строжайшее указание немедленно произвести проверку.

Уверяю вас, Гольдринг о ней не узнает.

– Но какое ко всему этому отношение имеем мы? – чуть-чуть раздраженно спросил Эверс.

– Нам нужна ваша помощь, – пояснил Миллер.

 – Необходимо, чтобы вы послали барона в Лион. Это поможет осуществить разработанный нами план. Лучше всего послать Гольдринга с пакетом в штаб корпуса. Остальное мы берем на себя. О последствиях проверки я сообщу вам лично. Надеюсь, вы поможете, герр генерал, и уверяю вас, что об этом никто не узнает.

– Ладно, – согласился Эверс. – Но больше ничего от нас не требуйте. Когда именно послать барона?

– Сегодня. Поезд отходит в шестнадцать сорок.