Ларец Шкая. Мистический детектив

Кстати, где-то у меня была книга Валевича про супрематизм». Вилен поднялся с кушетки и направился к книжному шкафу, чувствуя, как силы с каждым шагом стремительно покидают его. «Уж не простыл ли я? Да нет, не должен», – успокаивал он себя. Добравшись до книжного шкафа, Вилен приступил к поиску, перебирая пальцами корешки книг. «Где-то, где-то она тут была, – бормотал Вилен. – Вот она!» На обложке значилось: «Седзимир Валевич. Супрематизм. Бытие как беспредметность».

Книга была издана в 20-х годах и досталась Вилену от деда.

На форзаце была надпись на польском, но он с детства знал перевод: «Пламенному революционеру от геометра и абстракциониста, на вечную память». И подпись «С.В.». В памяти всплыли воспоминания о деде, которого Вилен очень любил и с которым провел большую часть своего детства. Недаром говорят, что внуки и деды очень близки. Звали деда Конрад Вацлав Сикорский, он был польским коммунистом, профессиональным революционером и участником Великой Октябрьской социалистической революции. В 1919 году на Первом конгрессе Коммунистического Интернационала, где он участвовал как делегат от Коммунистической рабочей партией Польши, ему довелось разговаривать с самим Лениным. Дед часто вспоминал, как его представили вождю мирового пролетариата, и Ленин поинтересовался у него, как идет процесс объединения Коммунистической рабочей партии Польши с левыми и социалистическими организациями Польши и какие проблемы, по мнению деда, есть на этом пути. После запрета в Польше КРПП во время советско-польской войны дед с семьей перебрался в Москву на работу в ИККИ – Исполнительный комитет Коммунистического интернационала от Компартии Польши. Вилен бережно хранил его членский билет Коминтерна: рядом с пожелтевшей вклеенной фотографией соседствовал незамысловатый текст: «Тов. Сикорский является членом Исполкома I Коммунистического Интернационала». В 1933 году Сталин обвинил руководство Компартии Польши в троцкизме и антисоветской позиции. За обвинениями последовала физическая расправа над рядом руководителей Польской компартии. В 1938 году вышло постановление президиума Исполкома Коминтерна о роспуске Компартии Польши и ликвидации польской секции Коминтерна. Дед был арестован. Слава Богу, ему удалось избежать расстрела, он получил 25 лет лагерей и был сослан в Магадан. В 1954 году реабилитирован. В 1955 вернулся в Москву, домой на Ордынку.